"КИНОДИВА" Кино, сериалы и мультфильмы. Всё обо всём!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » "КИНОДИВА" Кино, сериалы и мультфильмы. Всё обо всём! » Художники и Писатели » Бродский, Иосиф Александрович-русский и американский поэт


Бродский, Иосиф Александрович-русский и американский поэт

Сообщений 61 страница 73 из 73

1

http://sa.uploads.ru/t/YwI5Z.jpg
БРОДСКИЙ, Иосиф Александрович

Ио́сиф Алекса́ндрович Бро́дский (24 мая 1940 года, Ленинград, СССР — 28 января 1996 года, Нью-Йорк, США) — русский и американский поэт, эссеист, драматург, переводчик, лауреат Нобелевской премии по литературе 1987 года, поэт-лауреат США в 1991—1992 годах.

«Меня упрекали во всём, окромя погоды…»http://sa.uploads.ru/t/YWNDm.jpg

Бродский Иосиф Александрович (24 мая 1940, Ленинград — 28 января 1996, Нью-Йорк), русский поэт, прозаик, эссеист, переводчик, автор пьес; писал также на английском языке. В 1972 эмигрировал в США. В стихах (сборники «Остановка в пустыне», 1967, «Конец прекрасной эпохи», «Часть речи», оба 1972, «Урания», 1987) осмысление мира как единого метафизического и культурного целого. Отличительные черты стиля — жёсткость и скрытая патетика, ирония и надлом (ранний Бродский), медитативность, реализуемая через обращение к усложнённым ассоциативным образам, культурным реминисценциям (иногда приводящее к герметичности поэтического пространства). Эссе, рассказы, пьесы, переводы. Нобелевская премия (1987), кавалер ордена Почётного легиона (1987), обладатель Оксфордской премии Honori Causa.

0

61

Иосиф Бродский: от тунеядца до Иисуса Христа
24 мая 2015, 05:55

http://calendar.fontanka.ru/mm/items/2015/5/21/0001/BR.jpg

Сегодня весь цивилизованный мир отмечает 75-летие поэта-нобелеата Иосифа Бродского. «Фонтанка» составила гид по новым книгам нон-фикшн, которые помогут лучше читать и понимать Бродского. В каком настроении Иосиф Бродский предпочитал мяукать, а не говорить? Почему он не любил Набокова? Что думал об украинском вопросе? Как боготворил язык и соединял себя с Иисусом Христом? Российские издательства предлагают ответы на эти вопросы.
Российские издательства неплохо подготовились к 75-летнему юбилею Иосифа Бродского, который приходится на сегодня, 24 мая 2015 года. «Лениздат» еще в прошлом году выстрелил серией покетбуков с лучшими стихами поэта. Здесь же выпустили три тома американских эссе под выразительными черными обложками. «Азбука-Аттикус» и «Акварель» загодя напечатали сочно проиллюстрированные детские стихи – мало кто помнит, что первой публикацией Бродского была «Баллада о маленьком буксире» в пионерском журнале «Костёр».
Свежих изданий о жизни классика появилось не так много. Но они станут хорошим дополнением к бесспорным шедеврам – «Диалогам с Бродским» Соломона Волкова или ЖЗЛовской биографии от Льва Лосева. К тому же, современное бродсковедение явно выросло в интеллектуальном отношении с 1963 года, когда в «Вечернем Ленинграде» появилась первая критическая статья о поэте – «Окололитературный трутень»…
«Фонтанка» выбрала шесть главных книжных новинках, которые помогут узнать нобелевского лауреата как поэта и человека.
Михаил Кельмович. Иосиф Бродский и его семья. Олма Медиа Групп, 2015
«В отличие от друзей, родственники вспоминают Бродского без характерного придыхания. Позиция друзей и родственников вокруг индустрии о нем – это вообще вопрос интересный. В этом деле, несомненно, сложилась монополия друзей и полное забвение родственников...
Друзьям всегда достаются не только отблески славы, но и приключения. Семье же остаются будни. Например, будни бесконечного и безнадежного ожидания матерью и отцом звонка из-за океана».
Так пишет Михаил Кельмович – психолог, дизайнер и двоюродный племянник Иосифа Бродского. До выхода воспоминаний о поэте автор выпускал лишь квазинаучные книжки – «Сила исполнения желаний», «Пульт управления жизнью»... Мемуар о Бродском явно поправит писательскую карму Кельмовича.
http://calendar.fontanka.ru/mm/items/2015/5/24/0001/book1.jpg

Главное достоинство Кельмовича – он ни на что не претендует. Пишет по принципу: «что вижу (в данном случае – «что видел»), то и пою». Честно признается – не знает, как изложить те или иные моменты. И это делает книгу симпатичной, простой, самобытной, ненатянутой.
Как жила большая ленинградская семья Иосифа Бродского? В каких домах бывал поэт, как часто ходил в гости к тетушкам и дядюшкам, почему ссорился с ними? Отчего больше предпочитал сидеть в затворничестве в своей половине «Полутора комнат», чем беседовать с гостями? Каким возвращался из геологических экспедиций? Кельмович, общавшийся с Бродским будучи ребенком и подростком, набрасывает эти детали. Говорят, что детские воспоминания – самые честные.
Эллендея Тисли. Бродский среди нас. АСТ, Corpus, 2015
Близкая подруга Иосифа Бродского, профессор славистики Эллендея Тисли в апреле пронеслась по Петербургу и Москве с презентацией своей книжки о Бродском. Здесь тоже воспоминания, но другого рода – интеллектуальные. Славистку из США не интересует, как ел, пил, курил, с кем спал поэт (хотя есть немного и об этом, в том числе об отношениях с художницей Марианной Басмановой). Тисли важно разобраться, как думал Бродский. Почему не любил Набокова, что заставляло его не всегда восторженно относиться к Ахматовой, как он переводил собственные стихи с русского на английский и отчего потерпел в этом фиаско.
Профессор Тисли – ангел-хранитель Бродского. Именно ее семья приютила поэта-эмигранта в Америке и нашла ему первую работу – преподавателем в Мичиганском университете. Тисли и ее муж Карл Проффер, которые руководили издательством Ardis, где вышли многие сборники Бродского американского периода, трепетно опекали поэта в литературных спорах и конфликтах.
http://calendar.fontanka.ru/mm/items/2015/5/24/0002/book2.jpg

Добрые американцы немало натерпелись от взбалмошного поэта, о чем Тисли честно пишет. Бродский в ее сочинении – совсем не ангел. Несмотря на всю детскость и незаземленность характера, герой получился решительным, дерзким, расчетливым, самоуверенным вплоть до гордыни, едва ли не тираном. Но все недостатки, по мнению профессора, окупались его гениальностью.
Книга Эллендеи Тисли начинается с того, как 17-летней девчонкой она попала на званый литературный приём. Её спросили: «Какие у вас любимые поэты?», а она не знала, что ответить.
В конце 70-летняя Тисли пишет: «Судьбой этого поэта было подняться, как осеннему ястребу, даже если это будет стоить ему всего, что есть. Единственный бог, которому он служил, был бог поэзии, и этому богу он был верным слугой. Верить в высшую силу Иосифа заставляло само присутствие его дара. И, как Блок, он был поэтом каждую минуту своей жизни. Иосиф Бродский был полон огня и предубеждений, он жаждал признания и был гением. Вот каких, оказалось, я люблю поэтов».
Владимир Бондаренко. Бродский. Русский поэт. Молодая гвардия, 2015
«Теплоход «Иосиф Бродский»». Так в 2006 году озаглавил один из своих романов Александр Проханов. По сюжету, на судне, названном в честь поэта, олигархи с размахом праздновали свадьбу светской львицы «Лизы Кипчак»…
http://calendar.fontanka.ru/mm/items/2015/5/24/0003/book3.jpg

Ближайший сподвижник Проханова, заместитель главного редактора газеты «Завтра» Владимир Бондаренко увидел поэта по-другому. Бродский для него, несмотря на еврейское происхождение и космополитический флер – национальный русский поэт. Подтверждение нашлось в творчестве литератора («Мой народ! Да, я счастлив уж тем, что твой сын! / Никогда на меня не посмотришь ты взглядом косым» – писал Бродский). Есть и стихотворение 1994 года, где Бродский обиженно высказывается об отделении Украины: «Как в петлю лезть – так сообща, путь выбирая в чаще, / а курицу из борща грызть в одиночку слаще».
Что же, точка зрения Бондаренко имеет место быть, хотя выводы об имперском сознании поэта, возможно, преувеличены. Книга вышла в «малой» серии ЖЗЛ.
Кейс Верхейл. Танец вокруг мира. Встречи с Иосифом Бродским. Symposium, 2014
Кейс Верхейл – голландец, специалист по русской литературе, друг Бродского. Как и многие другие иностранцы, он познакомился с поэтом во время поездки в Советский Союз по наводке Надежды Яковлевны Мандельштам.
Книга «Танец вокруг мира» – дополненное переиздание верхейловского же сборника 2002 года, довольно хаотичное. В нем много того, что интересно лингвистам, а обычному читателю – мягко говоря, все равно. Ну, кому нужно знать, какое предисловие автор написал о Бродском для голландских детей? И с какими стиховедческими докладами он выступал на научных конференциях?
http://calendar.fontanka.ru/mm/items/2015/5/24/0004/book4.jpg

Зато Верхейл подкупает своей искренней, близорукой даже дружественностью к Бродскому. Он – единственный из друзей – не замечает неровностей поэтического характера, и просто (вне эротических ассоциаций) любит. «В связи с Иосифом Бродским я должен теперь по опыту заверить, что четкое разграничение между до и после 1996 года (год смерти поэта – прим. ред.) для меня потеряло смысл. Дружба с ним не прекращалась. Продолжалось и общение, хотя и немного иного рода: в нередких сновидениях, например, или разглядывании неизвестных фотографий», – пишет филолог.
Верхейл впервые сравнил Бродского с Иисусом Христом, рассказал, что роднило литератора с новозаветным персонажем, и какие христианские символы проступали в его стихах.
Михаил Мильчик и другие. Иосиф Бродский в ссылке. Perlov Design Center, 2013
Эту книгу купить сможет далеко не каждый: цена под 3000 рублей – кусается. А полистать увесистый томик в магазине – ох, как приятно. Выразительные фотографии Бродского в телогрейке, с коровами, на прицепе трактора, его рисунки, отправленные родителям в Ленинград, говорят о жизни в архангельской деревне Норенская больше, чем слова.
http://calendar.fontanka.ru/mm/items/2015/5/24/0005/book5.jpg

Здесь – после судебных преследований и психбольниц – случился самый продуктивный для поэта период, что-то вроде болдинской осени Пушкина. Здесь он открыл для себя английскую поэзию и Уистена Одена, написал «Стихи на смерть Элиота» и «Новые стансы к Августе». К осмыслению этого творческого взрыва приложили руку именитые литераторы и филологи – Константин Азадовский, Яков Гордин, Михаил Мейлах, Анатолий Найман, Евгений Рейн.
Книга мыслилась создателями как продолжение вышедших в 2010-м альбомов «Иосиф Бродский в Литве» и «Венеция Иосифа Бродского». Возможно, когда-нибудь появится и продолжение продолжения. Например, о Ленинграде.
Бенгт Янгфельдт. Язык есть Бог. Заметки об Иосифе Бродском. Астрель, CORPUS, 2012
Книга уже не совсем новая, но массово появившаяся в магазинах перед юбилеем. Котик на обложке не должен вводить в заблуждение: под ней – вполне серьезное, хотя и увлекательное чтиво.
http://calendar.fontanka.ru/mm/items/2015/5/24/0007/book6.jpg

Бенгт Янгфельдт – известный шведский писатель, ученый, автор многочисленных трудов по русской культуре – реконструирует философию Бродского. В центре этой философии – язык и вечность, время и пространство. Язык для Бродского – больше, чем вечность, а поэзия – «высшая форма существования языка, отрицание языком своей массы и законов тяготения», напоминает Янгфельдт.
Заскучавших над метафизическими рассуждениями швед развлекает колкими деталями из жизни Бродского. Например, из книжки можно уловить, в каком настроении поэт мяукал.

Елена Кузнецова, «Фонтанка.ру»

0

62

Иосиф Бродский и коты

В 1990 году Бродский женился, и его жена Мария стала звать обоих своих мужчин — домашнего бело-рыжего котяру Миссисиппи и Иосифа — котами: «Эй, коты, идите сюда!» Оба откликались на зов немедленно. Иногда Бродский вывозил своего кота Миссисипи из Нью-Йорка на природу в деревню Саут-Хэдли. Там вырвавшийся из каменных джунглей кот увлеченно преследовал белок, а Бродский с удовольствием наблюдал за ним из окна.

http://img-fotki.yandex.ru/get/9812/119796075.cf/0_b4372_33aed6a6_XL.jpg

Некоторые друзья Бродского, после его смерти, считали, что именно он появлялся к ним в образе рыжего кота, того самого, с которым Анна Андреевна сравнивала Поэта. По крайней мере, по свидетельству исследователя творчества Бродского Валентины Полухиной, так восприняли появление таинственного рыжего кота на могиле поэта. Она же рассказала еще одну мистическую кошачью историю, связанную с Бродским. Одному своему другу поэт обещал явиться в образе рыжего кота. Каково же было изумление приятеля, когда после смерти Бродского действительно откуда-то пришел к нему рыжий кот, пожил несколько дней и затем бесследно исчез.

http://img-fotki.yandex.ru/get/9755/119796075.ce/0_b436a_1df89795_XXL.jpg
Кот Бродского Миссисипи на сороковой день после смерти поэта 9 марта 1996г.

0

63

Иосиф Бродский и коты

Режиссер Андрей Хржановский, сочтя, что графическое наследие поэта достойно отдельного внимания и что стихи его чрезвычайно кинематографичны, снял анимационно-документально-игровой фильм «Полтора кота», посвященный Иосифу Бродскому. В фильме кот — alter ego поэта, и экран заполнен самыми разными котами, рисованными и живыми (в роли кота поэта Бродского снимался кот писателя Битова)

http://img-fotki.yandex.ru/get/9112/119796075.cf/0_b436e_11d7e374_XL.jpg

http://img-fotki.yandex.ru/get/9763/119796075.cf/0_b4374_587fa38d_L.jpg

0

64

* * *

Это было плаванье сквозь туман.
Я сидел в пустом корабельном баре,
пил свой кофе, листал роман;
было тихо, как на воздушном шаре,
и бутылок мерцал неподвижный ряд,
не привлекая взгляд.

Судно плыло в тумане. Туман был бел.
В свою очередь, бывшее также белым
судно (см. закон вытесненья тел)
в молоко угодившим казалось мелом,
и единственной черною вещью был
кофе, пока я пил.

Моря не было видно. В белесой мгле,
спеленавшей со всех нас сторон, абсурдным
было думать, что судно идет к земле —
если вообще это было судном,
а не сгустком тумана, как будто влил
кто в молоко белил.

1971 (?)

0

65

Шесть лет спустя

Так долго вместе прожили, что вновь
второе января пришлось на вторник,
что удивленно поднятая бровь,
как со стекла автомобиля - дворник,
с лица сгоняла смутную печаль,
незамутненной оставляя даль.

Так долго вместе прожили, что снег
коль выпадал, то думалось - навеки,
что, дабы не зажмуривать ей век,
я прикрывал ладонью их, и веки,
не веря, что их пробуют спасти,
метались там, как бабочки в горсти.

Так чужды были всякой новизне,
что тесные объятия во сне
бесчестили любой психоанализ;
что губы, припадавшие к плечу,
с моими, задувавшими свечу,
не видя дел иных, соединялись.

Так долго вместе прожили, что роз
семейство на обшарпанных обоях
сменилось целой рощею берез,
и деньги появились у обоих,
и тридцать дней над морем, языкат,
грозил пожаром Турции закат.

Так долго вместе прожили без книг,
без мебели, без утвари на старом
диванчике, что - прежде, чем возник,-
был треугольник перпендикуляром,
восставленным знакомыми стоймя
над слившимися точками двумя.

Так долго вместе прожили мы с ней,
что сделали из собственных теней
мы дверь себе - работаешь ли, спишь ли,
но створки не распахивались врозь,
и мы прошли их, видимо, насквозь
и черным ходом в будущее вышли.

1968

0

66

Чаепитие

«Сегодня ночью снился мне Петров.
Он, как живой, стоял у изголовья.
Я думала спросить насчет здоровья,
но поняла бестактность этих слов».

Она вздохнула и перевела
взгляд на гравюру в деревянной рамке,
где человек в соломенной панамке
сопровождал угрюмого вола.

Петров женат был на ее сестре,
но он любил свояченицу; в этом
сознавшись ей, он позапрошлым летом,
поехав в отпуск, утонул в Днестре.

Вол. Рисовое поле. Небосвод.
Погонщик. Плуг. Под бороздою новой
как зернышки: «на память Ивановой»
и вовсе неразборчивое: «от...»

Чай выпит. Я встаю из-за стола.
В ее зрачке поблескивает точка
звезды — и понимание того, что,
воскресни он, она б ему дала.

Она спускается за мной во двор
и обращает скрытый поволокой,
верней, вооруженный его взор
к звезде, математически далекой.

1970

0

67

Фонтан

                  Из пасти льва
          струя не журчит и не слышно рыка.
       Гиацинты цветут. Ни свистка, ни крика.
         Никаких голосов. Неподвижна листва.
   И чужда обстановка сия для столь грозного лика,
                       и нова.
                   Пересохли уста,
       и гортань проржавела: металл не вечен.
      Просто кем-нибудь наглухо кран заверчен,
        хоронящийся в кущах, в конце хвоста,
    и крапива опутала вентиль. Спускается вечер;
                      из куста
                     сонм теней
        выбегает к фонтану, как львы из чащи.
      Окружают сородича, спящего в центре чаши,
    перепрыгнув барьер, начинают носиться в ней,
    лижут лапы и морду вождя своего. И чем чаще,
                     тем темней
                грозный облик. И вот
         наконец он сливается с ними и резко
    оживает и прыгает вниз. И все общество резво
              убегает во тьму. Небосвод
      прячет звезды за тучу, и мыслящий трезво
                       назовет
                   похищенье вождя
    - так как первые капли блестят на скамейке -
     назовет похищенье вождя приближеньем дождя.
       Дождь спускает на землю косые линейки,
строя в воздухе сеть или клетку для львиной семейки
                 без узла и гвоздя.
                       Теплый
                        дождь
                       моросит.
         Как и льву, им гортань не остудишь.
        Ты не будешь любим и забыт не будешь.
      И тебя в поздний час из земли воскресит,
        если чудищем был ты, компания чудищ.
                      Разгласит
                     твой побег
                    дождь и снег.
             И, не склонный к простуде,
     все равно ты вернешься в сей мир на ночлег.
   Ибо нет одиночества больше, чем память о чуде.
  Так в тюрьму возвращаются в ней побывавшие люди,
                и голубки - в ковчег.

1967

0

68

Торс

Если вдруг забредаешь в каменную траву,
выглядящую в мраморе лучше, чем наяву,
иль замечаешь фавна, предавшегося возне
с нимфой, и оба в бронзе счастливее, чем во сне,
можешь выпустить посох из натруженных рук:
           ты в Империи, друг.

Воздух, пламень, вода, фавны, наяды, львы,
взятые из природы или из головы,—
все, что придумал Бог и продолжать устал
мозг, превращено в камень или металл.
Это — конец вещей, это — в конце пути
           зеркало, чтоб войти.

Встань в свободную нишу и, закатив глаза,
смотри, как проходят века, исчезая за
углом, и как в паху прорастает мох
и на плечи ложится пыль — этот загар эпох.
Кто-то отколет руку, и голова с плеча
           скатится вниз, стуча.

И останется торс, безымянная сумма мышц.
Через тысячу лет живущая в нише мышь с
ломаным когтем, не одолев гранит,
выйдя однажды вечером, пискнув, просеменит
через дорогу, чтоб не прийти в нору
           в полночь. Ни поутру.

1972

0

69

Стихи на бутылке...

             1

На склоне лет я на ограду влез
Я удовлетворял свой интерес
  к одной затворнице и зная
  что между нами проходная
    я подтянулся на руках
       ныряла в облаках
         Луна и ввысь
        из радио неслись
         обрывки вальса
     и я Луной залюбовался
  я примостился между копий
открылся вид балтийских топей
  к девице в общежитие я лез
   а увидал владычицу небес

             2

           Я,
         о моя
      милая, вспять
     смотрю и опять
  те вспоминаю края,
где не слыхать филомел,
края, где небесный мел
  больше земной доски.
   Я учился там жить,
    доходил от тоски
  и раскрашивал дверь,
      бегал к пруду,
      ждал то, чего
         теперь
         не жду.

             3

  Цинтия смотрит назад, назад
и видит: входит Проперций в сад,
     в руках у него цветы.
   Проперций смотрит вперед.
      Цинтия, где же ты?
       А Цинтия в рот
        воды набрала.
         Полет орла
     Цинтия в тучах зрит.
    Не слышит, что говорит
     ее возлюбленный друг.
      Клубится роз аромат
  вокруг Проперция, и вокруг
деревья, деревья шумят, шумят.

             4

            Увы,
         из Москвы
       снова я должен
      уехать. Я дожил:
      остался без денег
    и ни один бездельник
не выдаст мне, как ни проси,
          на такси.

1966

0

70

* * *

Ни страны, ни погоста
не хочу выбирать.
На Васильевский остров
я приду умирать.
Твой фасад темно-синий
я впотьмах не найду.
между выцветших линий
на асфальт упаду.

И душа, неустанно
поспешая во тьму,
промелькнет над мостами
в петроградском дыму,
и апрельская морось,
над затылком снежок,
и услышу я голос:
- До свиданья, дружок.

И увижу две жизни
далеко за рекой,
к равнодушной отчизне
прижимаясь щекой.
- словно девочки-сестры
из непрожитых лет,
выбегая на остров,
машут мальчику вслед.

0

71

Иосиф Бродский
Я обнял эти плечи и взглянул...

Я обнял эти плечи и взглянул
на то, что оказалось за спиною,
и увидал, что выдвинутый стул
сливался с освещённою стеною.
Был в лампочке повышенный накал,
невыгодный для мебели истёртой,
и потому диван в углу сверкал
коричневою кожей, словно жёлтой.
Стол пустовал, поблёскивал паркет,
темнела печка, в раме запылённой
застыл пейзаж, и лишь один буфет
казался мне тогда одушевлённым.
Но мотылёк по комнате кружил,
и он мой взгляд с недвижимости сдвинул.
И если призрак здесь когда-то жил,
то он покинул этот дом. Покинул.

0

72

http://www.maximonline.ru/images/th/100/18/37658-MjJhNjM0ZTlkMQ.jpg
Иосиф Бродский

«Какую биографию делают нашему рыжему!» — сказала Ахматова, когда Бродского отправили в ссылку за антисоветчину. Она была права. Обласканный гений ценится раз в десять дешевле, чем изгнанный на чужбину. Тем более если он, чуть ли не единственный из изгнанных, смог стать полноправным гражданином мира.

0

73

0


Вы здесь » "КИНОДИВА" Кино, сериалы и мультфильмы. Всё обо всём! » Художники и Писатели » Бродский, Иосиф Александрович-русский и американский поэт