"КИНОДИВА" Кино, сериалы и мультфильмы. Всё обо всём!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » "КИНОДИВА" Кино, сериалы и мультфильмы. Всё обо всём! » Режиссеры » Сергей Соловьев - российский кинорежиссёр, прекрасный рассказчик


Сергей Соловьев - российский кинорежиссёр, прекрасный рассказчик

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

http://bublik.tv/photos/sergey-solovev-1944-photo.jpg

Сергей Соловьев
российский кинорежиссёр
прекрасный рассказчик

http://www.womenclub.ru/components/com_jce/editor/tiny_mce/plugins/lines/img/lines_bg.png

Советский и российский кинорежиссёр, сценарист, продюсер, народный артист Российской Федерации.

Родился:
    25 августа 1944 г. (71 год), Кемь, Карело-Финская Советская Социалистическая Республика, СССР
В браке с:
    Татьяна Друбич (по 1989 г.), Марианна Кушнирова, Екатерина Васильева
Родители:
    Александр Дмитриевич Соловьёв
Дети:
    Анна Сергеевна Соловьёва, Дмитрий Соловьев

0

2

— От многих мэтров вас выгодно отличает одна способность — оставаться в душе молодым несмотря ни на что. Этому вы учитесь у своих студентов?

Сергей Соловьёв, кинорежиссёр: Говорю студентам: «Педагог я никакой, а просто вампир, который ходит к вам пить молодую, свежую кровь. Именно свежую — прошу, не рассказывайте мне вещи, которые я знаю. Говорите только про то, чего я знать не могу, в частности, в силу своего возраста». Четыре года назад я набрал во ВГИК курс из 30 человек вместо положенных по плану 12, и это был маразм с моей стороны! Но при этом я четко осознавал, что если я их всех не возьму, то их никто не возьмет, и они, никому не нужные, так и будут болтаться. Неоднократно был свидетелем того, как очень талантливые люди не смогли реализоваться только потому, что на их пути не встретился человек, который бы им сказал: «Приходи завтра в 12 часов». В кино этих людей огромное количество — здесь реализоваться в одиночку невозможно, должны быть единомышленники, друзья и, конечно, учителя. Я думаю, что самая страшная трагедия — это трагедия нереализованности. Поэтому крайне важно, чтобы каждому человеку вовремя была введена инъекция как минимум похвалы: «Какой ты молодец» — а лучше конкретной поддержки. Ведь люди состоят не из железа и силы их не беспредельны. В порыве отчаяния можно все бросить и пойти продавать пирожки, ведь так? Нельзя допустить, чтобы талантливые ребята пошли продавать пирожки вместо того, чтобы учиться на актеров, режиссеров, операторов…

0

3

— В этом году на российском кинофестивале «Кинотавр» в конкурсе «Короткий метр» преобладали дети известных режиссеров и актеров — Шахназарова, Аграновича, Имбрагимбекова, Болтнева. Конечно, и у них свои проблемы, но эти ребята не пропадут. Сложнее талантливым ребятам из глубинки, которые приезжают штурмовать ВГИК прямо с чемоданами в руках и без всякой поддержки. Есть ли такие на вашем курсе, помогаете ли им?

Сергей Соловьёв, кинорежиссёр: На моем курсе нет детей известных режиссеров, хотя, если бы были, с удовольствием бы их учил. А потом непременно позвонил бы папе или маме, чтобы сказать им: «Ну, ты и титан — и сам хорош, и сына вырастил талантливого…» Зато на моем курсе есть девочки-близняшки из маленького села под Йошкар-Олой. Одну девочку я сразу взял на курс, а другой сказал: «Извини, нет у меня столько мест, ну совсем нет». На что девочка сказала: «Буду сама как-нибудь к вам карабкаться». И выяснилось, что девочка, которую я взял на актерский, — грандиозный режиссер, я перевел ее на режиссерский факультет. А на освободившееся место взял ее сестру-близняшку. Все студенты моего курса на актерском факультете живут в общежитии, для них символ успеха — перейти с десятого этажа общежития ВГИКа, где жить невозможно, на четвертый, где человеческие условия. Поверьте, на актерском факультете есть большие таланты, и на режиссерском человек пять с будущим. Вот только вопрос: как их для этого будущего сохранить? Ведь дальше начнется самое страшное — когда они закончат ВГИК и попадут в руки так называемого продюсерского кино, которое сегодня пришло на смену режиссерскому. Это кино предъявляет очень жесткие требования.

Во ВГИКе была такая история: собрались в институте крупнейшие продюсеры страны, чтобы сказать нам, мастерам, как плохо мы учим студентов, которые «за один день не могут снять даже серию простейшего сериала»! И пришел на это собрание Марлен Мартынович Хуциев. Пришел, не понимая, куда попал и кто тут сидит. Но потом разобрался и, обведя всех пристальным взглядом, сказал: «А вы понимаете, что вы враги народа? И настанет время, когда народ воздаст вам за ваши деяния!» Сказал, на мой взгляд, гениально. Он имел в виду, что ребята-актеры приходят в эту нашу реальность делания денег — и начинают ломаться, соблазняться. Вот тут нужна несгибаемость, аскетизм, сила воли, иначе эти крупные продюсеры согнут тебя в бараний рог.

— А вот выпускник ВГИКа, режиссер и продюсер Валерий Тодоровский недавно со своей стороны выразил сожаление, что большинство студентов театральных вузов — недалекая, необразованная, однообразная молодежь, которая хочет только денег и славы…

Сергей Соловьёв, кинорежиссёр: Когда мы сокрушаемся: «Ах, молодежь, молодежь...», то лично у меня возникает странное чувство. Разве нашу молодежь, этих парнокопытных животных, которые в кино все время жуют попкорн и требуют, чтобы вместо фильма «Летят журавли» показывали «Летят пеликаны», прислали инопланетяне? Нет, это все мы сделали — родили, воспитали, развратили своими же руками и другими частями тела. В тот же ВГИК приходят на удивление серые ребята. Один меня спрашивал, кто такой Любшин, а другой — кто такой Шукшин…

Если смотреть на общую массу, то исключительная серость и тупость. Но когда удается из этого количества людей отобрать действительно талантливых, а через год обучения сделать из них пытливых зрителей, через два года — нормальных людей, то ребята начинают понимать, зачем нужно кино. Как правило, к третьему курсу 90 процентов студентов становятся хорошими людьми, а некоторые из них даже замечательными. Ну, а потом продюсеры, которые хают молодежь, их же и соблазняют деньгами, славой… При этом на вопрос «Куда государственные деньги дели?» эти продюсеры отвечают: «Помогаем молодым». Когда просят уточнить: «Каким именно образом помогаете?», те отвечают: «Мы их запускаем, а потом отпускаем». Это бюрократическая фигня. Куда запускаете, куда отпускаете, кого, зачем? Никто не знает. Вот такая жизнь… Стараемся как-то сопротивляться.

0

4

Соловьев хотел снять в роли Анны Карениной Ирину Метлицкую, но в 1997 году актриса умерла от рака крови. За 15 лет стал значительно старше и актер Андрей Руденский, которого режиссер утвердил на роль Вронского, и пришлось искать ему замену. Такой заменой мог стать Сергей Безруков. Он даже приступил к съемкам, но одновременно был запущен сериал «Есенин», которым Безруков очень дорожил, потому был вынужден отказаться от работы с Соловьевым. В итоге Вронского сыграл Ярослав Бойко (довольно картонно), а Анну Каренину — Татьяна Друбич, которой на момент съемок было около пятидесяти (в то время как героине Толстого всего 26). Гораздо старше своего персонажа (Каренина) и Олег Янковский. Актеру было за 60, а мужу Анны по книге — чуть более сорока.

Однако Соловьев ни на мгновение не сомневался в том, что сделал правильный выбор: — Понимаете, подбирая актеров, надо думать о том, могла бы история, которую им предстоит рассказать в кадре, произойти между ними в жизни. Так вот, между Друбич, Янковским и Бойко это все произойти могло бы. Соловьев уверен: он больше никого не умеет снимать так хорошо, как свою жену Друбич, да и, кроме того, актриса внешне похожа на Татьяну Самойлову — самую известную Анну Каренину советского времени. — Увидев Самойлову на экране, я был поражен: какое точное попадание в типаж! И именно тогда захотел снять свою «Анну»… Члены съемочной группы вспоминают: Янковский и Абдулов (он играл Стиву Облонского) во время съемок были и физически, и морально на подъеме. Они все время оказывались в центре всех событий, попадали в пикантные истории и были окружены девушками. — И невозможно было предположить, что эти крепкие люди один за другим начнут умирать. Это катастрофа. У меня до сих пор нет этому объяснения. Причем они же умерли от одной и той же болезни, — с горечью говорит режиссер.

http://img11.nnm.me/e/2/2/8/4/cd9008bd54948a423abe7d58678_prev.jpg
"Анна Каренина"

Вообще к этому проекту Сергей Соловьев отнесся с профессиональным фанатизмом. Будучи коллекционером антиквариата, режиссер приносил на съемки свои очень дорогие вещи. Кроме того, он нанял талантливого каллиграфа для стилизации под 19 век писем Анны и Каренина. Словом, Соловьев стремился к точному воспроизведению эпохи. Режиссер даже заложил квартиру, когда съемки из-за нехватка средств в очередной раз были приостановлены. С не меньшим фанатизмом к «Анне Карениной» отнеслись и актеры. Татьяна Друбич, например, завела тетрадку, в которую от руки законспектировала весь роман, отметив самые важные моменты. Поделилась она и мебелью: из ее квартиры были вывезены на съемочную площадку все вещи, которые могли бы создать дух той эпохи. Кстати, основная часть съемок прошла не где-нибудь, а в Ясной Поляне. Соловьеву вообще очень повезло: его киногруппу без труда пускали в усадьбы и дворцы, в том числе в Царском Селе. Ну и, конечно, нельзя не учесть прекрасные костюмы, которые тоже придали фильму свое очарование: за них, кстати, фильм был награжден премией «Ника».

Тем не менее, критики «Анну Каренину» Соловьева не приняли. Ну нельзя 50-летней женщине, даже и такой роскошной, как Друбич, играть страстную 26-летнюю любовницу… Может быть, поэтому картина и лежала так долго на полке? Ведь зрителя обмануть нельзя… Впрочем, теперь «Анну Каренину», не оцененную в кинопрокате, смогут оценить все. Кто из Анна Карениных лучше и совпадет мнение телезрителей с мнением критиков, узнаем уже скоро!

0

5

— Не секрет, что многие актеры и режиссеры, подававшие большие надежды в молодости, быстро сгорели от ранней славы. Есть у вас на этот счет наставление студентам?

Сергей Соловьёв, кинорежиссёр:  «Вас ждут, вы нужны, но главное — не сойдите с ума», — говорю им постоянно. Предостерегаю: «Только не вступайте на такую порочную и скользкую стезю, как погоня за успехом. Успех у вас может быть только один — в своих собственных глазах».

— У вашей «Ассы» был сумасшедший успех. Но на пользу ли всем нам — зрителям и стране — пошла эта картина?

Сергей Соловьёв, кинорежиссёр:  Сам стоял в финале «Ассы» в толпе и кричал: «Перемен, хотим перемен». Но уже потом отчетливо понял: все мы были тупой массовкой для тех, кто знал, что хочет получить, разваливая СССР. После того мнимого праздника свободы началась коммерция. Когда я снимал «2-Ассу-2», то поначалу меня угнетала мысль: «А не сильно ли я нагнетаю страсти по поводу того, во что переросло наше стремление к переменам?» «2-Асса-2» — картина о надежде, только для более взрослой и мудрой аудитории. Участие в фильме «2-Асса-2» великого альтиста Юрия Башмета и потрясающего музыканта Сергея Шнурова позволило выкинуть из головы все плохие мысли, и я ощутил прилив позитива и душевного здоровья.

http://www.womenclub.ru/components/com_jce/editor/tiny_mce/plugins/lines/img/lines_bg.png

«Асса» (1987)

Фильм, ставший культовым для поколения 80-х. Друбич снова в роли наивной и красивой: ей приходится выбирать между бандитом и художником.

0

6

Сергей Соловьев. «Черная книга русского кинематографа»

— Уже три года мы зачитываемся вашими «Воспоминаниями». Чем была вызвана потребность обратиться к мемуарам? Ждать ли новых книг Сергея Соловьева?
Сергей Соловьев: Я давно писал-писал, но для себя. Кропал листочки для будущей книги, когда лежал в больнице или когда маялся от безделья на фестивалях. Но в один прекрасный момент редактор журнала «Сеанс» Люба Аркус, увидев стопку моих листочков, спросила: «А что это у тебя там?» Почитав, предложила напечатать. Вначале я сомневался, что люди, о которых я рассказываю — а это режиссеры Лариса Шепитько, Андрей Тарковский, сценарист и поэт Геннадий Шпаликов — кому-то сейчас интересны и их еще помнят. Но Люба мне возразила: «Пока знают, кто такой Сергей Соловьев, будет интересно прочитать и о тех, о ком он рассказывает». Тогда я ухватился за возможность отдать свой долг людям, благодаря которым я стал тем Сергеем Соловьевым, которого вы знаете. Если бы не они, то моя судьба сложилась бы иначе. Но это еще не все. Теперь я просто обязан написать книгу, которая будет называться «Черная книга русского кино». Я ведь знаю, что на самом деле происходило и происходит с нашим великим кинематографом.

— Вы себя чувствуете в долгу?
Сергей Соловьев: Прежде всего — перед своим учителем Михаилом Ильичом Роммом. Если бы не он, даже не берусь представить, что бы со мной было в этой жизни. Думаю, что ничего хорошего. Михаил Ильич принял меня на свой курс вовсе не потому, что я был такой талантливый, как, скажем, Никита Михалков (тоже ученик Ромма), а исключительно из протеста против указа Никиты Хрущева, согласно которому в творческие вузы должны были принимать только студентов «с жизненным опытом». В своих книгах я рассказал о встречах с теми людьми, которым обязан всем. Многие из них уже ушли. А поскольку наша забывчивость не знает границ, по поводу чего негодовал еще Пушкин («мы ленивы и нелюбопытны»), то я с удовольствием подверг себя книжной диарее. Возмутительно, что мы помним и почитаем всякую хреновину, а своих художников забываем на другой день после их смерти.

— Название «Черная книга русского кинематографа» звучит слишком мрачно для такого человека, как вы, Сергей Александрович, — жизнерадостного, веселого, душевно молодого. Кого собираетесь оплакивать?
Сергей Соловьев: Лицо нашего кинематографа, которое мы потеряли, а раньше оно было прекрасным. Главное качество советского кино заключалось в том, что все фильмы нашего огромного мира были непрофессиональными. Во времена моей молодости даже говорили, что все профессиональное — это фигня, а ценность была в том, что все снимали любительские фильмы, и снимали «любя кино». Понимаете? Не любя цифры сборов, хотя сборы, между прочим, были колоссальными. «Ассу» за первые восемь месяцев проката посмотрели 88 миллионов зрителей. Любительское кино — это акт индивидуального сознания, и, как правило, не совсем нормальных людей (в хорошем смысле этого слова). В то время как все зарабатывали бабки и знали, как их срубить, мы занимались посланиями к миру, снами сумасшедших — но это были прекрасные сны. Это лицо утеряно, но не полностью. Есть еще психопаты, которые этими посланиями, а не баблом, занимаются. Среди этих великих сумасшедших, психопатов, безумцев: Рустам Хамдамов, который за копейки снял фильм «В горах мое сердце» (я его в первую очередь показываю своим студентам режиссерского факультета), Отар Иоселиани, Алексей Герман-старший — люди, помешанные на искусстве. Возрождение наступит только в том случае, если мы вновь начнем получать послания о снах в том мире. Я имею в виду не тот мир, о котором нам все рассказали в Голливуде.

0

7

Свой четвертый литературный труд знаменитый режиссер хочет назвать «Черной книгой русского кино»

Сергей Соловьев приступил к съемкам фильма «Елизавета и Клодель», в котором главные роли играют выпускницы его мастерской во ВГИКе. «Труду» Сергей Александрович рассказал о том, почему решил связать темы сексуальной и социальной революции.

— Говорят, ради новой работы вас занесло во Францию. Каким ветром? Неужто решили снять фильм к 200-летию русской победы над Наполеоном?

Сергей Соловьёв, кинорежиссёр: Мой будущий фильм — о совсем другой победе, а может, и о поражении: о сексуальной революции в России. Героини — две девочки 17 лет: русская Елизавета и француженка Клодель. Они — из хороших семей, убегают из дома на французский курорт Довиль (где, кстати, происходит действие знаменитого фильма Клода Лелюша «Мужчина и женщина»), горя желанием поучаствовать сразу во всех революциях — и пролетарской, и сексуальной, и мировой. Но на курорте оказывается всего четыре мужика — сумасшедший пилот, который бьется головой об стенку, после чего ложится в больницу; 75-летний лауреат Нобелевской премии, приехавший во Францию, чтобы проститься с этой страной, где прошло его детство; русский революционер, которого играет Александр Баширов, да еще один авантюрист. В результате столь небольшого и специфического выбора сильного пола девочки понимают, что им остается любить только друг друга, потому что все другие заняты необъяснимой хреновиной, в том числе и выпуском революционной газеты «Искра». Героини очень сильно привязываются друг к другу. Конец у фильма трагический — девочки становятся взрослыми и слишком опытными для своих лет, но не для своего века. Вот такая история.

— В ваших фильмах всегда есть место для красавиц. Наверняка и фильм с такими звучными женскими именами не стал исключением?

Сергей Соловьёв, кинорежиссёр: На главные роли я объявил немыслимый поиск — на всю Европу. Искал, искал, красавиц в том числе, но почему-то не находил. И вот на выпускных экзаменах во ВГИКе наткнулся на двух студенток, моих же учениц из актерской группы, и сразу сказал себе: «А вот же они — и одна, и другая!»

0

8

«Война и мир»

— Не пытались посмотреть новым кинематографическим взглядом на роман «Война и мир»?

СЕРГЕЙ СОЛОВЬЕВ: Если сегодня собрать меня, Германа, Сокурова, Михалкова, дать дикие бабки, чтобы мы сняли даже кусочек сцены Аустерлицкого сражения, то мы не снимем так, как это снял Сергей Бондарчук. Не умеем, не понимаем, не знаем. Это уникальное мастерство — снимать войну, батальные сцены. Горжусь тем, что в последние полтора года жизни я дружил с Сергеем Федоровичем. Хотя он относился ко мне несколько ревниво. Ему очень нравилась моя картина «Сто дней после детства». Я абсолютно не готов что-то копировать у Бондарчука, но если в моей «Анне Карениной» чувствуется расположенность к Божьему свету и нерасположенность на этом свете тупо зашибать деньгу, то в этом большое наследие, заслуга, влияние Сергея Федоровича Бондарчука.

0

9

http://dic.academic.ru/pictures/enc_biography/0af54620.jpg
Сергей Соловьев
Советский кинорежиссёр
Родился 25 августа 1944 г. (72 года), Кемь, Карело-Финская Советская Социалистическая Республика, СССР

Советский и российский кинорежиссёр, сценарист, продюсер, народный артист Российской Федерации.

Сергей Александрович Соловьев родился 25 августа 1944 года в городе Кемь (Карелия).

В 1947 году семья переехала в Ленинград. В 1951 году Сергей поступил в школу № 167. Поначалу он мечтал стать офицером-подводником и хотел учиться в Нахимовском училище. Но вскоре на экраны вышел великий фильм М.К. Калатозова «Летят журавли», благодаря которому в кино пришло целое поколение режиссеров (рассказывали про это и Глеб Панфилов, и Алексей Герман). Сергей решил стать режиссером. Окончив школу, в 1962 году он поступает во Всесоюзный государственный институт кинематографии, в мастерскую кинорежиссуры художественного фильма профессора М.И. Ромма. А еще до ВГИКа Сергей Соловьев несколько лет выходил в качестве актера – исполнителя детских и подростковых ролей на сцену Ленинградского Большого драматического театра имени Горького в спектаклях Г.А. Товстоногова. Еще он был ведущим детских и юношеских программ Ленинградского телевидения.

0

10

http://phishka.ru/uploads/posts/2012-02/1329855120_sov_md_portret.jpg
Ученик Михаила Ромма и Александра Столпера, Соловьев дебютировал в кино в 19 лет сценарием документальной ленты «Взгляните на лицо» (Ленинградская студия кинохроники). Тогда же фильм был премирован золотой медалью Лейпцигского кинофестиваля (1963). С этого времени С. Соловьев ведет счет своим профессиональным работам в кино. В 1968 году он с отличием окончил ВГИК дипломным спектаклем по пьесе Ю. О’Нила «Луна для пасынков судьбы». Дополнительными дипломными работами режиссера на экране стали короткометражные фильмы по рассказам А.П. Чехова «От нечего делать» и «Предложение» в альманахе «Семейное счастье» (1970).
Кинодраматург (автор более 20 пьес и сценариев), один из крупнейших российских режиссеров современности, кинорежиссер высшей категории, Сергей Соловьев пришел на «Мосфильм» в 1968 году, а спустя 35 лет закончил здесь свою 14-ю полнометражную картину («О любви»).

Первая полнометражная картина Сергея Соловьева – экранизация пьесы А.М. Горького «Егор Булычев и другие» с Михаилом Ульяновым в главной роли вышла в 1971 году.

http://img11.nnm.me/d/5/6/6/d/6437b9841ac8cf60d3ec9a2dc07_prev.jpg

0

11

http://img12.nnm.me/4/7/f/2/c/5e33967aef02433c152b1b77a1c_prev.jpg
Дебют режиссера на телевизионном экране состоялся год спустя фильмом «Станционный смотритель» по повести А.С. Пушкина (с Никитой Михалковым в главной роли). Фильм получил Гран-при Венецианского фестиваля телевизионных фильмов – При-Италия «За выдающиеся художественные достоинства» (1972) и главный приз «Евровидения» – «Приз Пасхального Воскресенья» (1972).

http://img12.nnm.me/9/f/1/b/a/96df408ca886e0636e419c1b56b_prev.jpg

0

12

Возможно, собственное знаменательное начало, когда он еще школьником выступал на сцене Ленинградского БДТ и работал на телевидении, сыграло свою роль в том, что основным объектом внимания творчества Соловьева является «нежный возраст» (как назвал он одну из своих картин) – от 12 до 25 лет. Этому яркому периоду человеческой жизни посвящены его известные картины: «Сто дней после детства» (1975), принесшая режиссеру Государственную премию СССР, приз «Серебряный медведь» за лучшую режиссуру на Берлинском международном кинофестивале, золотую медаль на МКФ в городе Авелино (Италия) и главный приз «Золотой Кеккиц» на Белградском всемирном кинофестивале «Фест-74»; «Спасатель» (1980, диплом Венецианского международного кинофестиваля); «Наследница по прямой» (1982, золотая медаль кинофестиваля детских фильмов в Салерно); экранизация повести Б. Ряховского «Чужая, белая и рябой» (1986, Большой специальный приз жюри Венецианского МКФ).

http://img11.nnm.me/0/e/a/9/c/d477dfe5e9276048d78b6628369_prev.jpg

0

13

http://www.piplz.ru/photo/solovev.jpg

Сценарии для своих картин Сергей Соловьев пишет самостоятельно (иногда в соавторстве), по-новому прочитывая даже классические литературные первоисточники. Экранизациями были все первые работы Соловьева: дипломные короткометражки по А.П. Чехову «От нечего делать» и «Предложение», полнометражный дебют по А.М. Горькому «Егор Булычев и другие», телевизионная картина «Станционный смотритель». По А.П. Чехову также поставлены Соловьевым «Три сестры» (1994), «О любви» (2003), написан сценарий для фильма И. Дыховичного «Черный монах» (1988). Среди других сценариев Сергея Соловьева – «Тюремный романс» (1993), «Бременские музыканты» (2000).
Особняком в фильмографии режиссера стоят совместные картины, снятые Соловьевым за рубежом: в Японии – «Мелодии белой ночи» (1976, с Комаки Курихара и Юрием Соломиным в главных ролях) и в Колумбии – «Избранные» (1983, с Леонидом Филатовым и Татьяной Друбич).

Три песни о Родине
http://img12.nnm.me/8/0/e/8/0/e8188493e82f2b88a5092080e61_prev.jpg

0

14

http://img11.nnm.me/0/e/7/4/2/8633936ba318614a1672f43607e_prev.jpg
Но наибольшую известность принесли Соловьеву его «Три песни о Родине» – легендарная «Асса», саркастическая «Черная роза – эмблема печали, красная роза – эмблема любви», трагифарсовый «Дом под звездным небом» с Михаилом Ульяновым в главной роли.

Сергей Соловьев о фильме Асса

- В своё время ваш фильм «Асса» провозгласили гимном перестройки, символом нового поколения. А каких гимнов и символов, по-вашему, не хватает сегодня?

    - Насчет «Ассы» мне недавно одна умная девушка сказала: «Нам всем казалось, что ваша картина — это символ начала новой эпохи. Но мы глубоко ошибались… «Асса» в действительности стала финалом. Финалом эпохи и честного искусства. Дальше началась коммерция…»

0

15

http://rk.karelia.ru/wp-content/uploads/2014/08/Soloviev.jpg

С 1990 года Сергей Соловьев работает режиссером-постановщиком и в театре. Он поставил три чеховские пьесы: со студентами актерской мастерской ВГИКа – «Три сестры» (1991), в Малом театре – спектакль «Дядя Ваня» с Юрием Соломиным в главной роли (1992), в театре Содружество актеров на Таганке – «Чайку» с Николаем Губенко в роли Тригорина (1993). С 1970 года по настоящее время в фундаментальных теоретических изданиях Сергей Соловьев опубликовал около 100 работ по истории и теории кинематографии. С 1987 по 1995 год в сотрудничестве с ВГТРК выпустил 50 тематических передач по истории и современности отечественного кинематографа в авторской телевизионной программе «САС». Сергей Александрович – действительный член Национальной академии кинематографических искусств и наук России, член Союза кинематографистов СССР (России) с 1970 года, почетный академик Российской академии художеств. С 1991 по 1994 год – председатель Московского Союза кинематографистов, с 1992 по 1997 год – председатель Союза кинематографистов России, с 1993 по 1997 год – сопредседатель Союза кинематографистов стран СНГ и Балтии, с 1990 по 1998 год – член коллегии Госкино России, с 1996 по 1998 год – председатель Комиссии по кинематографии Комиссии по культуре при Президенте Российской Федерации.

0

16

http://img12.nnm.me/2/c/8/3/2/8a29ba651f1351f1ecb271eec7d_prev.jpg
В течение последних 20 лет Сергей Соловьев неоднократно входил в жюри крупнейших международных кинофестивалей класса «А», в том числе трижды был членом жюри Венецианского кинофестиваля и дважды – кинофестиваля в Каире (Египет).
В 1995–1997 годах – он президент XIX и XX Московского международного кинофестиваля.
В настоящее время С.А. Соловьев является президентом (будучи также и его основателем) Международного фестиваля кинематографических дебютов «Дух огня», который с 2003 года проводится в городе Ханты-Мансийске.

0

17

Сто дней после детства
1975


Сергей Кудрявцев

Подростковая романтическая драма

Может показаться странным, что Сергей Соловьёв, чьи предыдущие ленты были экранизациями классики, вдруг обратился к современности, причём к «сложным простым» проблемам четырнадцатилетних подростков. На самом же деле, существует тесная связь фильма «Сто дней после детства» с его прежними работами. Соловьёв — из тех режиссёров, кто в своём творчестве остаётся удивительно цельным, несмотря на крайние различия в проблематике и жанре собственных произведений. В сущности, это и есть признак истинного художника. И в картине «Сто дней после детства» вновь соседствуют психология и поэзия: психология отрочества, вступления в жизнь и первой любви; поэзия детства, неизведанного чувства, самой природы и вещного мира (не случайно, что действие происходит в бывшем доме графа Курепина). Психология и поэзия не противопоставлены — они дополняют друг друга.

Митя Лопухин — эмоциональная, нервная натура. За лето он проходит путь от обыкновенного остроумного мальчишки до юноши, который тонко чувствует окружающий мир и способен на высокое, одухотворённое чувство, в то же время болезненно реагируя на то, что кажется ему потрясениями в судьбе. Отрочество — время дисгармонии, отчаянной попытки обретения согласия с самим собой, ощущения себя как личности. В душе Мити тоже случается свой перелом, метаморфоза, что позволяет ему перейти в иное духовное качество, шагнуть на следующую ступень развития. Любовь меняет человека, делает его лучше, благороднее, духовно богаче. Любовь — словно озарение, и заставляет по-новому увидеть мир, постичь его красоту и найти смысл своей жизни.

Авторы с удивительной поэтичностью, даже патетичностью рассказывают о ребятах из пионерского лагеря, прощающихся в это лето с собственным детством. Может, поэтому в ленте присутствуют грусть и печаль. Но впереди — новая жизнь, в которую подростки входят после последнего лета детства, определившего для них многое. И мир природы воплощён на экране неотрывно от образов ребят. Камера Леонида Калашникова словно увидела мир их глазами: таким, как он останется в их памяти на всю жизнь. Фильм не просто красив. Поэтичность мира — это метафора детства. Пробуждение души начинается с постижения поэзии и красоты природы, а также искусства. Подросток Митя Лопухин не только приобщается к этой красоте, но будто причащается ей (чем не возраст конфирмации?!). Происходит расширение сферы духовного: душа включает в себя окружающий мир. Стремление к бесконечному поднимает человека по ступеням духовного развития. Путь роста личности — от наблюдений детства к постижению отрочества, а затем к нравственным выводам юности. Именно такой путь проходит за сто дней Митя.

Когда в рамках одного произведения меняется взрослый — это событие, а вот у детей — рядовой случай. Они растут буквально на глазах. Тем не менее, нельзя умалять значение тех изменений, которые произошли в душе Мити Лопухина. Он отличается от других ребят: одни из них уже окончательно сформировались, другие ещё находятся в стадии становления, а третьи пока остаются детьми. Каждый имеет особый характер. Но они всё равно проигрывают по сравнению с Лопухиным. Он интересен, прежде всего, своим мятущимся, неуспокоенным, нервным, рефлектирующим характером.

Авторы не боятся усложнять образ мыслей своего юного героя. Они всерьёз говорят даже о самых наивных поступках Мити, потому что за его иногда «неадекватным поведением» стоит попытка разрешить сложнейшие проблемы человеческой жизни, что удаётся в этом возрасте не каждому. Но Александр Александров и Сергей Соловьёв следуют не правде возраста, а  правде характера. Поэтому Митя Лопухин оказывается способным не только на «философское мудрствование», но и на философскую мудрость.

Александр Липков в своей статье «Пробуждение души» очень точно отметил одну особенность фильма «Сто дней после детства»: это — «опрокинутое в сегодняшний день воспоминание… о своём детстве, о своей самой первой любви, о том, что не забывается». Отсюда авторская, глубоко личная интонация повествования, хотя рассказ ведётся от третьего лица. Но осмысливая детство с дистанции времени («сто дней после…» — не обязательно именно сто дней), создатели ленты исследуют, в первую очередь, процесс рождения личности. Потому что детство — исток человеческой жизни. Обращение к этой поре — попытка ответить на вопрос: «Кто я?.. Откуда?.. Зачем я здесь?..».

Пробуждение души — лейтмотив картины. Всё строится вокруг этого. Перед нами «анимацентристская» система. Повествование напоминает лирическое стихотворение. Каждая часть — прообраз целого. Всё со всем сопоставляется и рифмуется. Пролог созвучен с эпилогом, как слова «падать» и «память». Фильм подразделяется на 14 главок или новелл, которые также рифмуются друг с другом. А сам он в целом — как стихотворение с аллитерацией: звучание кадров — словно звучание согласных.

В первой новелле «Кто есть кто» новый воспитатель, скульптор Сергей Борисович, и мальчик в очках рассматривают в бинокль ребят, собравшихся на танцплощадке. Это приближение отдалённого — Серёжа хочет ближе узнать своих воспитанников. Но требуется, наверно, микроскоп, чтобы проникнуть в их души, кроме того, предугадать то, что заложено в подростках, существует ещё в возможности. Искусство — как раз необходимое увеличительное стекло. Но задуманный спектакль по «Маскараду» Лермонтова — это и есть поначалу обычный маскарад. Каждый из ребят пробует надеть костюм того или иного героя. Важно — найти свой образ, максимально тебя выражающий. Однако на роли выбирают лишь по видимому соответствию, а по внутренним качествам исполнители и персонажи не совпадают. Глеб Лунёв не понимает, почему Арбенин любит Нину. Мите Лопухину неинтересно играть князя Звездича, эгоиста, презирающего людей. Соня Загремухина говорит о баронессе Штраль: «Кошмарная всё же женщина!».

Однако искусство — это лакмусовая бумажка или, говоря по-школьному, промокашка, уничтожающая кляксы. Оно способно облагораживать человека и позволяет воспитывать в себе личность. Но чтобы постигнуть искусство, нужно ответное усилие, желание этого постижения. Серёжа читает Мите два стихотворения: одно принадлежит 14-летнему Мишелю Лермонтову, второе написано уже 15-летним поэтом. Но Лопухин пока не чувствует разницы между строчками «… а подчас и за бутылкой быстро время проводить» и «… а колокольчик однозвучный звенел, звенел и пропадал». Ему недоступна прелесть истинной поэзии об одиночестве и печали романтического героя, в котором видится сам столь изменившийся автор. Пропасть отделяет просто Мишеля от Лермонтова — такая же пропасть между Митей Лопухиным и поэтом, на которого, как считает мальчик в очках, он здорово похож (кстати, у них и инициалы одни и те же). Внутренне они несопоставимы. Но всё зависит от самого Мити: сможет ли он дорасти до того, чтобы заметить эту разницу, понять 15-летнего Лермонтова, верно произнести лермонтовские стихи? Сто дней между детством и юностью могут превратиться в целую вечность.

В Лопухине ещё дремлет душа, как и в каждом камне. Он должен пробудить её, а вот искусство поможет разбудить в человеке личность. Таков иносказательный смысл следующей новеллы «Белый камень». Детство — начало человеческой личности. Быть может, интереснее знать, как она родилась, а не как совершенствовалась. Человек заново открывает мир, смотрит на всё изумлёнными глазами. Подросток впервые влюбляется в девочку, которую видел тысячу раз и в то же время как будто не видел. Происходит преображение. Приотворяется дверь в иной мир. Кончается детство.

А солнечный удар — аналог смерти. Умирает «духарной малый». Солнечный удар — аналог нового рождения. Митя Лопухин приподнимается с песка, открывает глаза — и начинает звучать музыка. Словно ангел явился — но не в виде горящего куста, а в качестве жары, солнечного удара, поразившей его (получается, что в прямом смысле этого слова) девочки у купальни. Почему так произошло? Ответ может дать только искусство.

Пробуждающаяся душа Мити открывает в улыбке Джоконды улыбку Лены Ерголиной — вернее, всё наоборот (новелла «Улыбка в сумерках»). При помощи искусства он осознаёт, что пришла любовь — и всё стало прекрасным. Лопухин пока не понимает, что полюбил именно Лену. Он просто чувствует непреодолимое желание обернуться и вновь увидеть её, будто удостовериться в том, что она реальна. Это самая чистая, созерцательная любовь. Через неё Митя познаёт самого себя. Что происходит теперь каждый день, и это всё дальше и дальше уносит его от детства. Сто дней — переход из детства в юность.

Поначалу любовь Мити Лопухина заключается в традиционную форму. Он ещё как бы смущается незнакомого чувства — не столько перед другими, сколько перед самим собой. Если раньше у него не было центра, смысла жизни, то отныне — это Лена. Вся красота мироздания вытекает из её красоты. Мир воспринимается как её отражение. Но Лена Ерголина становится и своеобразным alter ego Мити. Он обретает своё «я», а его любовь есть форма самоутверждения. Она эгоцентрична, но не эгоистична, так как является для него самопожертвованием, кроме того, проявлением гордости духа.

Те, кто считает любовь Лопухина всего лишь «пионерской», неправы. Она — другая. Точнее, сначала такая же, как и все остальные увлечения в этом подростковом возрасте. Только более гордая — из-за обострённого одиночества Мити. Потому закономерно его обращение к произведениям Лермонтова, который воспевал дух гордости в её идеальном варианте. А гордость — черта личности. Но приобщение к искусству начинается со слепого подражания. Что само по себе не так уж плохо: подражание удовлетворяет стремление человека к идеальному, способствует его познанию самого себя. Но это происходит позже. А вначале — наивное следование своему герою, вплоть до мелочей.

Об этом — следующая новелла «Мизантроп». Название говорит само за себя. Мизантропия Мити Лопухина имеет в своей основе подражание Вернеру из лермонтовского романа «Герой нашего времени». Но Митя придумывает для оправдания того, что заключил свою ногу в гипс, собственный образ — осенняя птица-подранок. Это можно счесть за позу. Однако в какой-то степени он искренен, выдавая себя за «раненую птицу». Мизантропия является выражением отчуждённости. В то же время это — очередная маска: показного презрения к людям, иронии и позёрства. Теперь Лопухин хочет этим привлечь к себе внимание, хотя вновь поступает бессознательно. Исключительность его тонкой и ранимой души отчаянно сопротивляется, бунтует против нелюбви и находит выход в ещё большем одиночестве. Именно новая маска Мити даёт основание Серёже поручить ему роль Звездича, а ведь Лопухин — полноправный Арбенин.

Узнав же значение слова «мизантроп», он откажется от того, чтобы по-прежнему изображать жалкого и несчастного. Жалость ему не нужна. Митя понимает, что любит Лену, и не может изменить этой любви. Ему легче, чем Лунёву, догадаться, что Арбенин «жутко любит, до смерти», поэтому проще произнести тихим, дрожащим от волнения голосом слова, обращённые к Нине из «Маскарада». Но дело не в том, что Лопухин талантлив и смог постичь тайну лермонтовского героя.

Неправы те, кто считает, что отроческие страсти в картине «Сто дней после детства» облегчены и олитературены, а авторы пытаются спрятаться за культурными ассоциациями от острых и сложных проблем, волнующих подростков. Нужно видеть во взаимоотношениях персонажей не навязчивые реминисценции, допустим, из творчества Лермонтова, а то, что заставляет ребят обращаться к произведениям искусства. «Маскарад» не ради маскарада. Хотя создатели фильма несколько иронизируют над этим «маленьким театром». Но подобным же образом добродушно смеются над воспитанниками из пионерского лагеря, над Ксений Львовной, совершенно не знающей, как и что ей надо воспитывать в них. Необходимо на самом деле «воспитание чувств», в чём без помощи искусства не обойтись. Каждый из подростков ищет объяснение своего характера, самого себя, других людей и мира вокруг. Искусство — это как шпаргалка в руках ученика, которую не замечает учитель. А учитель — это жизнь.

Митя Лопухин может сыграть Арбенина потому, что сам любит. Но искусство, как и любовь, даёт возможность всего лишь внутреннего самоутверждения. А Митя хочет быть Арбениным также и внешне. Новеллу «Маскарад. Акт второй» заключает поразительная по своему лиризму и пронзительности звучания сцена: в предвечернем тумане, на поляне, в высокой траве Соня Загремухина учит Лопухина танцевать, напевая в такт звучащей в ней мелодии. Она счастлива, а он даже не догадывается о причине этого счастья.

Митя всего лишь хочет быть во всём лучше Глеба. Для этого ему как раз и нужна физическая закалка (новелла «Бессонница. Середина лета»). Вынужденная бессонница Лопухина рифмуется с бессонницей Печорина перед дуэлью. Текст из «Героя нашего времени» звучит иронически. Бессонницу Мити можно воспринимать как его дуэль с самим собой, вернее, со своей маской, когда уже есть желание открыть лицо. Но это и поединок со всеми, кто не верит, что он — личность, и кто, кроме Сони, считает его «тюфяком». Это дуэль ради самого себя и своей любви.

Всё это подтверждается в трёх следующих новеллах «Компот из вишен», «Подвижные игры на свежем воздухе» и «Неожиданный ливень. Август». Но порой герой просто не знает, что нужно делать в тот или иной момент. Безмятежное детство, когда ничего не нужно было решать, прошло. Теперь каждый день ставит перед Митей Лопухиным сложнейшие вопросы, на которые он сам должен дать ответы. Судьба Мити, счастье или несчастье зависят уже от него самого. Сможет ли выстоять, преодолеть противоречия? Его личность ещё в состоянии становления. Герой может стать кем угодно, пока не стал кем-то. Лопухин «пробует» разные характеры, различные маски. Он ищет себя. Поиск же чреват заблуждениями. Путь к истине не является прямым. Кроме того, чтобы постичь истину, человек должен пройти через собственные ошибки и пережить их.

А потом будет спектакль. Митя произнесёт слова роли Арбенина («Тебя любить — за то ль, что целый ад ты в грудь мне бросила?..») спокойно, не выдавая происходящего внутри него. И будут аплодисменты. Что же дальше? Митя Лопухин теперь может говорить от имени самого себя. Он имеет право сказать Лене Ерголиной о своей любви. Он доказал, каков сам и каков Глеб. А Лена должна выбрать. «… я хотел бы сказать тебе обо всём именно здесь, пока лето не кончилось…». Без этого письма невозможно вступление героя в новую жизнь. История требует завершения, «потому что всё на свете кончается». Закончатся и сто дней — Митю ждёт юность.

Лена приходит к нему — и уходит, как уходит лето, детство, любовь, как проходят сто дней. Она словно и есть эти самые «сто дней после детства». Вот ещё почему Митя Лопухин должен сказать Лене Ерголиной о любви именно на том месте, где он влюбился, и как раз в то лето, когда влюбился. Но она выбирает Лунёва. А Митя остаётся один. Он встречает рассвет, мучительно переживая первую в своей жизни драму. И уже не может больше жить со своей любовью. Она умирает. А с нею — как будто и он сам.

Через всю ленту проходит мотив сна. Сон — аналог смерти. В прологе мы видим спящего героя. Окно открыто, и занавески колышутся от лёгкого ветра. За окном — прекрасный и удивительный мир. Но Митя Лопухин ещё спит. Это — метафора его спящей души. А вынужденная бессонница — попытка преодолеть сон. Митя закаляет себя — и это есть процесс его пробуждения. Но всё-таки он не спит отнюдь не целую ночь. Зато в новелле «Воспитание чувств» сидит до рассвета. Рассвет в начале картины и в финале — вроде бы один и тот же. Но герой — другой. Встреча рассвета оказывается аналогом нового рождения. Лопухин прошёл через испытание чувств. Умер, как и умерла его любовь. И вновь родился.

И это рождение связано также с появлением Загремухиной. Она — как новое озарение. Но Митя встречает Соню резко: «Не надо меня жалеть». Как раньше красота Лены и любовь к ней представляла для него красоту всего мира, так теперь её отказ означает крах и враждебность действительности. Лопухин сам отчуждает себя, не допуская вмешательства в своё одиночество. Эгоистичность любви проявляется в том, что он просто не предполагает: может любить не только сам, но и другие; могут любить не одну лишь Ерголину, но и его. Герой всё ещё не верит в самого себя.

А Соня любит Митю чисто по-женски: незаметно, смиренно, не выдавая собственного чувства, самоотверженно, преданно, искренне. Ей ничего не надо, кроме того, как всегда быть в нужный момент рядом с ним и ощущать себя счастливой, если он попросит о чём-нибудь. Возможно, сопоставление покажется формальным и необоснованным, но эта Соня в какой-то степени ассоциируется с Соней Достоевского, Соней Чехова. Они — как три сестры. Всех объединяет покорность своему уделу, прощение, чистая вера в лучшее будущее, гордая и нежная любовь. У Сони Загремухиной — настоящая любовь, хотя в ней ещё много детской наивности и непосредственности. Правда, такие чистые натуры счастливо сохраняют собственную «детскость» на всю жизнь. Они — как ангелы. Каждая любовь для них — будто первая. Впрочем, женщина в любви — всегда ребёнок, смотрящий на мир изумлёнными глазами. И когда Соня неожиданно для себя признаётся в любви Мите Лопухину, она от ужаса раскрывшейся тайны закрывает лицо маленькими ладошками и вскрикивает сквозь плач: «Ой, мамочка!». А он, пытаясь успокоить, будет сокрушённо повторять: «Я же не знал… Я же не знал».

Признание Сони перевёртывает все представления Мити. Раньше ему был нужен кто-то — теперь он нужен кому-то. Светлая любовь Сони Загремухиной возвращает его к жизни, помогает перерасти утраченную любовь. Лена Ерголина — это лето, которое нужно просто запомнить и носить с собой всю жизнь. Она — пробуждение чувств. А Соня — воспитание чувств. Это уже — состояние «после ста дней после детства». Они двое, сидящие на рассвете у пустынного пляжа, ещё ничего не знают, что с ними будет. Вся жизнь впереди. Позади же — детство, которое промелькнуло по небу летней зарницей, падающей звездой.

В конце фильма «Сто дней после детства» бумажный змей запускается в синее небо, как в глубокий колодец. «Чтó за образ нашей судьбы — далёкая высота, лёгкое подергивание шнура, натянутый шнур, невидимый, длинный, — и страх, что оборвётся». Ребята следят за змеем. Прошло сто дней после детства. И оно само — словно бумажный змей. Всю жизнь необходимо видеть его в небе — как путеводную звезду, как меру человеческого бытия. Важно не потерять связь с детством. А так боязно, что тонкая нить порвётся.

Кроме того, бумажный змей и весь финал, пронизанный радостью и светом —

это образ открытия. Он рифмуется с открытым окном из пролога. Образ открытия — суть образ мечты. Она нам кажется достигнутой. И всё время оказывается похожей на убегающий горизонт. Впереди — новое, пока не открытое. Чтó ждёт ребят, они на самом деле не знают, но души полны смятенных предчувствий. Чтó наша жизнь, как ни езда в незнаемое, как ни полёт бумажного змея?! Если его отпустить — улетит. Чтó же тогда искать в небе?! Так и мечта. Чтó будет вести нас по жизни?! Жизнь останется без мечты, а мечта — без жизни.

Запуск бумажного змея — это прощание с детством. А потом будет мир после юности. Открытие мира бесконечно, ибо это — открытие духом человеческих тайн. Открыть — значит, увидеть то, что не видят другие. Поэт тоже начинается с открытия, с удивления перед миром, с метафоры. Поэт — как ребёнок, играющий в образы. А каждый ли из ребят сможет смотреть на мир через зеркало детства?! Будет ли их жизнь озарена детством?!

Финал незавершён, открыт в бесконечность. Лента выходит в жизнь, чтобы замкнуться в восприятии зрителя. Здесь необходим элемент предположения: на основе ста дней Мити Лопухина интуитивно видеть всю его жизнь, словно видеть днём звезду в колодце. Но кто-то на это не способен. Картина «Сто дней после детства» вызывает чувства у того, кто хочет откликнуться на чувства.

1975

0


Вы здесь » "КИНОДИВА" Кино, сериалы и мультфильмы. Всё обо всём! » Режиссеры » Сергей Соловьев - российский кинорежиссёр, прекрасный рассказчик