Борис Кустодиев. Провинция. Лето. 1922

        Борис Кустодиев, возможно даже неожиданно для самого себя, оказался одним из создателей мифа о дореволюционной России как о некоем золотом веке русской жизни. Глядя на спокойную, сытую и абсолютно счастливую жизнь, которая течет размеренно от праздника до праздника, на его роскошных купчих, успешных купцов, чистеньких ремесленников и торговцев и прочих благонамеренных и верноподданных граждан Российской Империи, невольно удивляешься, как таким благополучным во всех смыслах людям пришло в голову совершить революцию, чтобы от всего этого благополучия  отказаться. Впрочем, миф есть миф, и реальность российской действительности начала 20 века была далеко не такой радужной.

В декабре 1903 года вместе с женой и сыном приехал в Париж. Во время поездки побывал в Германии, Италии, Испании, изучал и копировал работы старых мастеров. Поступил в студию Рене Менара.

Через полгода вернулся в Россию и работал в Костромской губернии над сериями картин «Ярмарки» и «Деревенские праздники».

В 1904 году стал членом-учредителем «Нового общества художников». В 1905—1907 годах работал карикатуристом в сатирическом журнале «Жупел» (известный рисунок «Вступление. Москва»), после его закрытия — в журналах «Адская почта» и «Искры». С 1907 года — член Союза русских художников. В 1909 году по представлению Репина и других профессоров избран академиком живописи. В это же время Кустодиеву было предложено заменить Серова на посту преподавателя портретно-жанрового класса Московского училища живописи, ваяния и зодчества, но опасаясь, что эта деятельность отнимет много времени от личной работы, и не желая переезжать в Москву, Кустодиев отказался от должности. Вследствие раскола Союза русских художников, явившегося реакцией на статью А. Н. Бенуа о выставке 1909—1910 годов, опубликованной в газете «Речь», Б. М. Кустодиев, в числе других петербургских мастеров, 7 октября 1910 года вышел из Союза. С 1910 года — член возобновившегося «Мира искусства».

В 1909 году у Кустодиева появились первые признаки опухоли спинного мозга. В 1911 году Кустодиев уехал в Швейцарию, поскольку тяжёлые признаки болезни спины заставили его провести несколько месяцев в частной клинике горного курорта. Несколько операций принесли лишь временное облегчение.

В 1913 году преподавал в «Новой художественной мастерской» княгини М. Д. Гагариной в Петербурге. В 1914 году Кустодиев снимал квартиру в петербургском доходном доме по адресу: Екатерингофский проспект, 105. С 1915 года до конца жизни жил в доходном доме Е. П. Михайлова (Введенская улица, д. 7, кв. 50). Когда в 1915 году Борис Михайлович вернулся в Москву для работы в Московском Художественном театре над декорациями для «Осенних скрипок» И. Д. Сургучева, он уже был тяжело болен. По ночам он кричал от боли, его мучил один и тот же кошмар: чёрные кошки впиваются острыми когтями в его спину и раздирают позвонки.

Боли в руке художника снова начались в 1916 году. Ему провели операцию в Петрограде. Руку удалось оживить, но начались проблемы с ногами. Последние годы жизни художник был прикован к инвалидному креслу. Из-за болезни был вынужден писать работы лёжа. Однако именно в этот тяжёлый период жизни появляются его наиболее яркие, темпераментные, жизнерадостные произведения.

На террасе» - Борис Михайлович Кустодиев. 1906.
Холст, масло. 134 x 97.5 см. Нижегородский художественный музей