"КИНОДИВА" Кино, сериалы и мультфильмы. Всё обо всём! |
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » "КИНОДИВА" Кино, сериалы и мультфильмы. Всё обо всём! » Художники и Писатели » Достойные внимания писатели и поэты из разных стран мира
Достойные внимания писатели и поэты из разных стран мира, современность и недавнее прошлое.
Ничего не стоит на месте, все меняется и совершенствуется. Литература и публицистика – не исключение.
Мы разыскиваем достойных внимания авторов (современности и недавнего прошлого) из разных стран, книги которых можно прочитать и на русском языке.
Японский классик Юкио Мисима и полвека спустя после своей трагической гибели продолжает удивлять, и критик Лидия Маслова представляет книгу недели, специально для «Известий».
Юкио Мисима
«Дом Кёко»
М.: Иностранка, Азбука-Аттикус, 2023. — Пер. с яп. Е. Струговой. — 512 с.
Впервые переведенный на русский роман Юкио Мисимы «Дом Кёко» был написан в 1959 году, а действие его начинается в 1954-м, сразу после Корейской войны. Она оказала благотворное влияние на экономику Японии, служившей фактически американской военной базой. В романе неоднократно упоминаются граждане, так или иначе заработавшие «на корейском вопросе», в том числе и муж заглавной героини. Он незримо присутствует в романе, хотя в начале сообщается, что Кёко, 30-летняя красавица без определенных занятий, выгнала супруга и живет с восьмилетней дочерью, мечтающей о возвращении отца, потихоньку встречающейся с ним и принимающей от него подарки. Эта «безотцовщина» становится одним из хитро натянутых, скрытых психологических нервов «Дома Кёко», где в центре сюжета находятся совсем другие люди: своего рода семья, объединенная «родственными чувствами», которые свободолюбивая и свободомыслящая хозяйка дома испытывает к четверке своих постоянных гостей, примерно ее возраста: «Она любила молодежь, отражавшую короткий промежуток времени после войны. Они хранили память об этом промежутке, как осколки разбитого вдребезги зеркала».
Социально-психологическая поствоенная травма — основная тема «Дома Кёко», хотя открыто это не проговаривается. Мисима вообще мастер прозрачного намека, и ему не всегда обязательно четко формулировать мысль, но по созданному им настроению всё понятно, как в хайку, которые сочиняют некоторые персонажи романа в порядке повседневной бытовой практики (например, про мокрый от дождя гравий во внутреннем дворе офиса, где работает один из героев). Нетрудно догадаться по разбросанным в «Доме Кёко» намекам, что Корейская война, на которой многие разбогатели, а многие погибли, произвела опустошающее воздействие на душевное состояние японцев (по крайней мере какой-то их части), поселив в них ощущение «шаткости бытия», иллюзорности собственного существования. Ее пытаются разными способами преодолеть друзья Кёко, часто просто не понимая, что с ними происходит и откуда взялось это принципиальное нежелание быть счастливым, о котором герои говорят в начале романа, отчасти рисуясь друг перед другом, но в то же время обозначая какие-то важные поколенческие симптомы: «Просто смешно, человек делается счастливым по самым ничтожным причинам. Героизм парней, избегавших счастья, как проказы, всего лишь слабый, жалкий пережиток аристократизма. У нас от всего есть прививка, хочется думать, что и от счастья».
Принято считать, и не без оснований, что в четырех гостях Кёко воплотились разные стороны личности самого Мисимы, который смотрит на одну и ту же проблему — нигилизма как невозможности целостного мировосприятия, изнурительного ощущения захватившего мир хаоса и тотальной бессмысленности бытия — с четырех разных ракурсов. Боксер Сюнкити, несмотря на молодость, «уже завел определенные убеждения», а именно старается не думать и «стать человеком без воспоминаний». Такая стратегия выглядит весьма эффективной: «...в результате отказа от мыслительного процесса он погряз в прочном, ежеминутном ощущении бытия, таком же четком, как клубника со льдом в вазочке на мокром столике. <...> Простой расклад таков: боксер должен съесть десерт и сразу же переспать с женщиной. <...> В противном случае, возможно, его бытие мгновенно прекратится».
В отличие от боксера, приучающего себя вообще ни о чем не думать, офисный служащий Сэйитиро много и подробно размышляет, но в основном на одну тему — о неминуемом конце света. Это не только не мешает ему жить, а скорее наоборот, даже помогает в карьере, успех которой окончательно закрепляет женитьба на дочери вице-президента компании:
«Для женитьбы, рассчитанной не столько на настоящее, сколько на будущее, на перспективу, на способности, на грядущие возможности, не могло быть человека лучше, чем он, который твердо уверовал в конец света». Предчувствие конца света, о котором на все лады постоянно говорит и думает Сэйитиро, парадоксальным образом успокаивает его, вселяет уверенность в завтрашнем дне и придает силы продолжать существование: «Как можно жить дальше, если не веришь в неизбежный конец света? Как без боязни, что тебя стошнит, ходить на службу и обратно по дороге с красными почтовыми тумбами, зная, что они здесь навечно?»
Наверное, стошнило бы от вида почтовых тумб и вполне успешного, даже знаменитого, художника Нацуо, переживающего, что «у всего в мире пропали гарантии бытия», — этого персонажа Мисима ставит перед выбором: «поверить в собственную слепоту или поверить в начало крушения мира», и второй вариант выглядит предпочтительнее, коль скоро из мира исчезла красота: «И красота прошлого, как и всё человеческое, стала пустым напоминанием». В размышлениях художника о красоте Мисима как бы передает привет Достоевскому, с которым его нередко сравнивают: обложку русского издания «Дома Кёко» украшает цитата из англоязычной рецензии, что Мисима подобен русскому классику «глубиной исследования человеческой тяги к саморазрушению». Но знаменитую достоевскую «слезинку ребенка» японец выворачивает на свой особенный манер, демонстрируя фокус с мгновенным превращением красоты в уродство: «Сейчас о прекрасном напоминает лишь радуга, на секунду мелькнувшая в слезе ребенка. Лицо плачущего ребенка, насколько он помнил, уродливо, неприглядно, вульгарно, совсем не похоже на ангельское».
Юкио Мисима
Фото: Global Look Press/Keystone Pictures USAЧто касается тяги к саморазрушению, герои «Дома Кёко» не то чтобы как-то специально в нем усердствуют. В общем-то, они живут вполне приличной социальной жизнью, в том числе и те из них, кто не ходит в офис и вроде бы не слишком обременен работой, как, например, ослепительной красоты актер Осаму: он и рад бы поработать, но роли, о которых он мечтает, достаются другим. Поэтому Осаму посвящает основное время своей жизни наращиванию мускулов в качалке (чем в свое время увлекся и культурист Мисима), а также любованию своими успехами перед зеркалом. Но и в его судьбе появится «безобразная ростовщица» — она довольно жестоким и кровавым способом подарит ему то самое ощущение реальности бытия, без которого маются все герои «Дома Кёко».
Главная сюжетная линия романа — траектория движения от внутреннего хаоса к внешнему порядку, от внутреннего психологического кризиса к внешним социальным устоям и скрепам. Но, похоже, сам автор с его склонностью к социопатии не слишком рад этому упорядочиванию мира: «Опять наступают серьезные времена. Очень серьезное время отличников, время ботаников. Опять полное единение с миром. Возрождение ценности ненужных вещей: человека, любви, желания, идеалов. Последовательное обращение в другую веру. И самое мучительное — полное отрицание руин, которые они так любили. Не просто руин, видимых глазу, но даже невидимых!»
Литературные новинки месяца
В контексте этой любви к разрушению и уничтожению, которая в той или иной степени пленяет всех персонажей романа, название «Дом Кёко» приобретает иронический смысл. Собираясь на невидимых развалинах бывшего семейного дома, хозяйка которого считает себя «олицетворением хаоса», герои пытаются собрать себя из обрывков повседневных впечатлений и однообразных мыслей, прокручивающихся в голове по кругу, мучительно симулируя стоицизм, который, как им напрасно кажется, их объединяет: «Они жили, стиснув зубы. С довольными лицами. Они должны были показать, что не верят, будто в их мире существуют несчастье и страдание. Обязаны были притвориться незнающими».
Японский классик Юкио Мисима
и полвека спустя после своей трагической гибели продолжает удивлять. Вот, к примеру, его роман, который — несмотря на периодически накатывающие на западный мир волны мисимомании (о его жизни написана опера и снято несколько фильмов, не говоря уж о томах литературоведческих исследований) — до сих пор остается незнаком англоязычным читателям. Зато на русский он наконец-то переведен!
(,Хираока Кимитакэ, 14 января 1925 – 25 ноября 1970), также известный как Юкио Мисима, был японским писателем, поэтом, драматургом, актером, моделью, синтоистом, националистом и основателем Татенокай Общество"), невооруженное гражданское ополчение. Мисима считается одним из самых важных писателей 20-го века. Он рассматривался на Нобелевскую премию по литературе в 1968 году, но награда досталась его соотечественнику и благотворителю Ясунари Кавабате. Его произведения включают романы "Исповедь маски" (仮面の告白, Kamen no kokuhaku) и "Храм золотого павильона" (, Кинкакудзи), а также автобиографическое эссе "Солнце и сталь (яп.яп. яп. яп. яп. яп Творчество Мисимы характеризуется "роскошной лексикой и декадентскими метафорами, слиянием традиционного японского и современного западного литературных стилей, а также навязчивыми утверждениями о единстве красоты, эротизма и смерти",по словам автора Эндрю Рэнкина.
Политическая деятельность Мисимы сделала его противоречивой фигурой, которой он остается в современной Японии.из его середины 30-х годов, Мишима правые идеологии и реакционные убеждения становится все более очевидной.Он гордился традиционной культурой и духом Японии и выступал против того, что он считал материализмом западного образца, наряду с японской послевоенной демократией, глобализмом и коммунизмом, опасаясь, что, приняв эти идеи, японский народ потеряет свою "национальную сущность" (кокутай) и свое самобытное культурное наследие (синтоизм и Ямато-дамасии) и станет "народом без корней".Мисима формируется Tatenokai для заявленной целью восстановления святость и достоинство императора Японии.25 ноября 1970 года Мисима и четверо членов его ополчения проникли на военную базу в центре Токио, взяли в заложники ее коменданта и безуспешно пытались вдохновить Японские силы самообороны восстать и свергнуть японскую Конституцию 1947 года (которую он назвал "конституцией поражения[14] После своей речи и криков "Да здравствует император!" он совершил сеппуку.
Джефф Фостер – писатель и духовный учитель, который помогает читателям из разных стран принять свою жизнь и себя в ней. В 2012 году он вошел в список 100 самых духовно влиятельных людей в мире, живущих сегодня, по версии «The Watkins Review». О его детстве и юности известно не так много: родился в 1980 году в Лондоне, вырос в Англии, изучал астрофизику в Кембридже.
В одной из работ писателя есть такие слова: «Пожалуйста, не говори со мной о «чистой осознанности» или «проживании в абсолюте». Я хочу посмотреть, как ты относишься к своему партнеру. К своим детям, родителям, к своему драгоценному телу.
Пожалуйста, не читай мне лекцию об иллюзии отдельного я или о том, как ты достиг постоянного блаженства всего за 7 дней. Я хочу почувствовать неподдельное тепло, исходящее из твоего сердца». Эти слова раскрывают отношение Джеффа Фостера к глубокой беседе с собеседником, его особый подход. Он открывается и ждет того же от своих учеников – ведь только так можно прийти к важным в жизни мыслям, которые постепенно изменят вас изнутри, а затем постепенно преобразят и всю жизнь, придав ей новый смысл.
Источник: https://todayer.ru/advita/jeff-foster
Биография — Мишель Уэльбек Мишель Уэльбек (настоящая фамилия Тома́) — французский писатель, поэт.
Родился 26 февраля 1956 на о. Реюньон, владении Франции в Индийском океане. Его отец, проводник в горах, и его мать, врач-анестезиолог, уделяли ему мало внимания после рождения сестры. Сначала его воспитывали бабушка и дедушка по материнской линии, жившие в Алжире, а в шесть лет его берёт к себе бабушка со стороны отца, Генриетта, активная сторонница коммунистической партии. С ней у Уэльбека складываются прекрасные отношения, именно её фамилию он выберет впоследствии своим литературным псевдонимом.
В шестнадцать лет Уэльбек открывает для себя произведения Говарда Филлипса Лавкрафта, творчеству которого он посвятит спустя почти двадцать лет отдельную книгу. Будущий писатель посещает подготовительные курсы при лицее Шапталя в Париже, чтобы в 1975 поступить в Национальный агрономический институт Париж-Гриньон. Там он создаёт просуществовавший недолго литературный журнал «Карамазов» (Karamazov), для которого пишет несколько поэм, и предпринимает постановку любительского фильма, озаглавленного Cristal de souffrance. В 1978 Уэльбек получает диплом по специальности «Экология и охрана окружающей среды». Затем он поступает в Национальную высшую школу им. Луи Люмьера на отделение кинематографии, которую заканчивает в 1981. В том же году появляется на свет его сын Этьен. Далее в жизни Уэльбека наступает период безработицы и происходит развод с женой. Всё это вызывает у него глубокую депрессию. С 1983 Уэльбек работает в Париже системным администратором, потом некоторое время — в министерстве сельского хозяйства (этот период жизни писателя найдёт отражение в его дебютном романе «Расширение пространства борьбы»), и наконец, — в Национальной ассамблее.
Литературную деятельность Уэльбек начинает с написания стихов и эссе. В 1991 писатель публикует свои первые книги — сборник эссе «Оставаться живым», посвящённый фигуре поэта в современном мире, и исследование о творчестве американского писателя, классика литературы ужасов, Говарда Филлипса Лавкрафта «Г. Ф. Лавкрафт. Против человечества, против прогресса». Годом позже появляется поэтический сборник «Погоня за счастьем». Его первые произведения остаются незамеченными.
Известность к Уэльбеку приходит вместе с выходом его первого романа «Расширение пространства борьбы» (1994), в котором он ставит под сомнение либеральные достижения западного общества. Главным объектом критики становится сексуальная свобода, на практике оборачивающаяся, по мнению писателя, очередной ловушкой для современного человека. Тема получает развитие в следующем романе Уэльбека «Элементарные частицы» (1998), в котором он анализирует путь, проделанный западным обществом, начиная с сексуальной революции 1960-х, и приходит к неутешительному выводу — человечество обречено. Эта книга приносит французскому автору всемирную славу.
Уэльбек покинул Францию в конце 1990-х (возможно, не последнюю роль в этом решении сыграли судебное преследование и угрозы со стороны представителей мусульманской общины), жил в Ирландии, затем в Испании. В настоящее время Уэльбек признан одним из самых известных в мире французских писателей.
Подробнее на livelib.ru:
https://www.livelib.ru/author/22114-mishel-uelbek
Дми́трий Васи́льевич Бо́бышев (первоначально Мещеряков; род. 11 апреля 1936, Мариуполь) — русский поэт и переводчик, эссеист, литературовед. Автор выражения «ахматовские сироты». В 1979 году эмигрировал из СССР, с 1983 года — гражданин США.
Творчество
Поэзия Бобышева соперничает с поэзией Бродского в укорененности в полуторавековую русскую поэтическую традицию, но Бобышев выбирает более радикальные проявления этой традиции: одическую пышность XVIII века и футуристический поиск самодостаточных смыслов в звучании слова. Эти тенденции усиливаются в послеотъездном творчестве Бобышева, когда им дают новую пищу новые реалии, не обкатанная прежде русским стихом лексика и топонимика:
И — в Минехаху, а то — в Кикапу,
в Пивуоки, в Чатанугу с Чучею,
на чувачную — ту, что по броду — тропу:
по раста-барам тебя попотчую
(Из поэмы «Жизнь Урбанская», название которой прямо отсылает к стихотворению Державина «Евгению. Жизнь Званская».)
В стихах Бобышева речь идёт и о возрождении России к духовной жизни, и о возрождении традиций русского искусства, и о восстановлении корней, без которых — беспамятство нации. Безвременье. Оно и есть та духовная бездна из которой строки поэта взывают к Творцу. Это поэзия поворотного момента от духовной смерти общества к возрождению его самосознания.
И в толщах бытия куда мы денем
сей нужный возглас: «Человече, сгинь!»
Пусть удами во мне трепещет демон,
Но блудный сын свой путь уже проделал,
в отцовскую чернеющую синь!
Блудный сын — задавленный национальный дух, это в данном случае — синонимы. Так же возрождение страны — результат возрождения каждой отдельной личности. Никогда — от общества к человеку, только от человека — к обществу. Возрождение же творчества одного поэта, каждого поэта (художника, артиста…) — есть условие и причина возрождения национальной культуры.
Из глубины земной, воздушной, водной,
сребрясь и восклубляясь голубым,
пусть разрастётся пульс во мне сегодня
до огненных и духовых глубин.
В поэтике эта позиция выражена тем, что поэт не приемлет «задубевших» мыслей и слов. Всё — в движении, зыбком, неуловимом, как чуткая листва ольхи, о которой в начале своего творческого пути писал Бобышев: «но есть в ней отчуждённость совершенства». Вот этой отчуждённости, неминуемо наступающей, когда что-то закончено, сделано, застыло — теперь не выносит поэт. Символом вечной изменчивости у него становится морская волна. Цикл «Волны» весь построен по одному принципу: с волной в каждом стихотворении цикла сравнивается какое-то духовное или материальное явление. Единство цикла — в утверждении правоты всякой зыбкости, неопределённости, которая намного точнее, чем застывшая «отчуждённость совершенства».
Кто живущий у волн не знавал,
как идёт приобщение вещи
к ритму? Как начинается вал?
Вот порыв и пролёт, и провал…
Сам окрестит и тут же раскрещет.
Сколько раз он пловца принимал
в эти нежно-могучие клещи!
Ритм — основа сущности, мира, закономерность движения. Он — начало начал. Покой — есть несуществование. Ритм — свойственен всему, от бега планет до аккордов рояля, от структуры клетки, до строя языка, от песни и молитвы и до работы мотора, от колебаний электрона до архитектоники цветка. Симметрия — тоже ритм. Вне ритма нет жизни, нет даже мертвой материи! Ритм — олицетворение созидания, космоса в противоположность хаосу, структуры в противоположность энтропии (которая и есть дух несуществования).
Порядок не откроет совершенства,
Но в истово ритмической работе
родится нас рождающее женство…
Поэт сводит в одно волну, как символ ритма, любовь, как высшую творческую силу человека, само творчество, как таковое — «зато какую песню вы споёте…» В основе — волна, зыбкое колебание, изменчивость по законам ритма. И то, что мы не ведаем, порой, что творим, закономерно поэтому.
Не ведает волна своих глубин —
её волнует то, что тонко взбито
из полуслов, из полу-половин…
Красот овалами, обвалами лавин
расколебались тонны монолита;
волной к волне слагается молитва,
где слог — божествен, смысл — неуловим.
Осмысление этих закономерностей — первый шаг к познанию сути живого в той бездне, в которую упала Россия. И начинается возрождение с малого. В утверждении этих истин, в отражении этих процессов и есть философский смысл поэзии Бобышева.
Полностью:: https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Бобышев,_Дмитрий_Васильевич&wprov=rarw1
Анато́лий Ге́нрихович На́йман (23 апреля 1936, Ленинград — 21 января 2022, Москва) — российский поэт, переводчик, эссеист, прозаик, мемуарист; один из «ахматовских сирот».
Творчество
По оценке Вольфганга Казака, поэзия Наймана «отражает его духовные переживания и отношения между людьми, далека от публицистики и политики, носит повествовательный и описательный характер, иногда диалогична, подчас близка к прозе (со многими переносами, также из одной строфы в другую)», причём «внешние детали и события создают только фон для выражения внутренних переживаний: поисков защиты, уравновешенности, покоя и осознания этих возможностей в природе».
В 2006 году написал книгу «Роман с „Самоваром“» об истории русского культурного центра в США — нью-йоркском ресторане «Русский самовар», создателями которого наравне с бизнесменом Романом Капланом являются поэт Иосиф Бродский и танцор Михаил Барышников.
В 1959 году познакомился с Анной Ахматовой. С 1963 года — её соавтор по переводам Джакомо Леопарди и литературный секретарь. Ахматова говорила, что «в его отношении к стихам есть что-то суровое и сдержанно-целомудренное». Книга Наймана «Рассказы о Анне Ахматовой» (1989) стала событием позднесоветского времени.
Читайте полностью: https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Найман,_Анатолий_Генрихович&wprov=rarw1
*****
НЕРВ
Волноваться не надо. Нельзя
беспокойством препятствовать чуду
неожиданности – грозя
неизвестности. Я и не буду.
Неожиданное вне схем
может замыслом быть и итогом,
неизвестное может быть всем,
и изделием Бога, и Богом.
Только б справиться с трепетом губ,
с лихорадочным сладить румянцем,
в этот скит храбрецов, в этот клуб
отрешенных входя новобранцем.
Даже если и к лучшему все,
и бесспорно, и факт, что на пользу,
против истины прет естество,
как его ни стращай и ни бойся.
Что мне делать с любовью к земле?
Вообще – что мне делать с любовью
к дорогому? К дареному мне –
оказалось, на травлю и ловлю.
Чем унять мне душевный надлом,
когда в печке пылают поленья,
когда пыли, прибитой дождем,
теплоту не вдохнуть без волненья?
И напрасно. Все это не столь
совершенно и властно, чтоб зуду
поддаваться влеченья. Изволь
не встревать. Постараюсь, не буду.
Но хотя б за безродных, одних
в целом мире, лишенных объятья,
и за кровно и всяко родных
позаламывать руки мне дайте.
Жизнь-маневр исключает ущерб.
Жизнь-порыв не порука, что к звездам
донесет. Но пронзительней нерв
нежли мудрость – на то он и создан.
Постараюсь не нервничать. Жаль:
соль восторга и сладость обиды
хладнокровьем не смоешь. Печаль,
как всегда, неизбывна. Мы квиты.
Анатолий Найман
23 апреля 1936(1936-04-23). Место рождения, Ленинград, РСФСР, СССР.
Дата смерти, 21 января 2022(2022-01-21) (85 лет). Место смерти Москва
Анатолий Найман
«ПОЭМА БЕЗ ГЕРОЯ»
Принято говорить об Ахматовой "ранней" — от начала до паузы в несколько лет, последовавшей за Anno Domini, и "поздней" — от середины 30-х годов до конца. "Поэма без героя" написана Ахматовой "поздней" об Ахматовой "ранней" и хотя бы поэтому стоит особняком в ряду русских поэм.
В России никто из поэтов такого ранга не доживал до такого возраста. Поэма была начата Ахматовой в 50 лет. Меньше чем через два года завершена. Вскоре открылось, что завершение не окончательное. Поэма периодически дописывалась и переписывалась, опять и опять принимая вид доведенной до конца вещи. В общей сложности это продолжалось 25 лет, то есть почти целиком всю вторую половину творческой жизни поэта. Как единое целое Поэма существовала уже в 1942 году, в ней было тогда 370 строк. За время вставок и исправлений, из которых последние появились незадолго до смерти, всего прибавилось еще столько же, не считая строф, которые Ахматова оставила за пределами текста.
Кроме этого свойства неотвязности от своего создателя с самого начала в Поэме проявилось и другое, столь же сильное; она стала притягивать к себе читательский комментарий — не как естественно сопутствующий фон, а включая в себя как элемент структуры. Каждый новый читатель ощущал себя вовлеченным в круг остальных, причем знать суждения остальных оказывалось менее важно, чем знать, что таковые существуют и твои — среди них. При этом Поэма начинала странным образом "реагировать" на такую реакцию читателя, учитывать ее и отвечать на нее. Она развивала, подтверждала или опровергала его оценку как тем, что ускользнуло при первом чтении, так и теми изменениями, которые в ней появлялись.
Лучшим, находящимся в особом положении комментатором была, естественно, сама Ахматова. Она собирала читательские мнения, не восторги и общие слова, а конкретные замечания, и записывала их, помещая между собственных заметок о Поэме. Таких заметок наберется десятка три в виде писем к N и NN. быть непосредственным адресатом которых могли бы с более или менее достаточным основанием несколько близких к Ахматовой человек и никто из них не наверняка, и в виде записей, разбросанных в дневниках последнего десятилетия жизни. Прибавим к этому черновик балетного либретто, написанного на сюжет Поэмы.
Читайте полностью:: https://www.ruthenia.ru/60s/ahmatova/naiman.htm
Евгений Рейн — поэт эпохи, учитель Бродского и «ахматовский сирота»
***Евге́ний Бори́сович Рейн (29 декабря 1935, Ленинград, СССР) — русский советский и российский поэт, прозаик, сценарист. С 1971 года живет в Москве.
Его считал своим учителем Нобелевского лауреата Иосифа Бродского, прославленная поэтесса «серебряного века» Анна Андреевна Ахматова приглашала его в гости в Комарово, в свой загородный дом. Он дружил с Борисом Пастернаком, Сергеем Довлатовым, Булатом Окуджавой, Алексеем Лосевым.
Его считал своим учителем нобелевский лауреат Иосиф Бродский, прославленная поэтесса «серебряного века» Анна Андреевна Ахматова приглашала его в гости в Комарово, в свой загородный дом. Он дружил с Борисом Пастернаком, Сергеем Довлатовым, Булатом Окуджавой, Алексеем Лосевым. Первая книга этого талантливого человека, жизненный путь которого охватывает целую эпоху, издана, когда ему было уже почти полвека. Речь идет о выдающемся поэте, прозаике, сценаристе Евгении Борисовиче Рейне.
Творчество
В 1979 году Евгений Рейн, уже живя в столице, куда он перебрался в 1971, стал одним из авторов неподцензурного альманаха «Метрополь», изданного в количестве 12 экземпляров сначала самиздатовским способом, а затем опубликованного в американском издательстве «Ardis Publishing». Естественно, разгорелся жуткий скандал. В итоге, Евгений Рейн оказался в числе закрытых литераторов, произведения которых были запрещены к печати. В течение нескольких лет ему было разрешено работать лишь в документальном кинематографе. В литературу Рейн вернулся в 1982, когда ему разрешили заниматься переводческим творчеством. На счету мастера множество переводов поэтов разных народов Советского Союза, индийских, арабских, английских авторов.
Нет вылета. Зима. Забит аэродром.
Базарный грош цена тому, как мы живём.
Куда мы все летим? Зачем берём билет?
Когда необходим один в окошке свети.»
В 1987 он стал членом Союза писателей СССР. Сейчас на его творческом счету около 20 поэтических сборников и две книги прозы, многие из которых были оценены зарубежными и отечественными премиями.
Четыре сезона, двенадцать часов —
Таков зодиак, распорядок таков.
Пусть стрелка уходит, стоит циферблат,
Его неподвижность лишь учетверят
В возрасте 69 лет участвовал в Мировых поэтических чтениях, проходивших в Куала-Лумпур, столице Малайзии. Ныне, несмотря на солидный 85-летний возраст, Евгений Борисович является преподавателем Литературного института имени Горького, руководителем поэтического семинара, пользующегося большой популярностью у начинающих литераторов.
Читайте полностью:: https://isralove.org/load/13-1-0-3281
Ахматовские си́роты («аввакумцы», «волшебный хор», «волшебный купол») — четверо поэтов из близкого окружения Анны Ахматовой рубежа 1950-х и 1960-х годов, а именно: Иосиф Бродский, Дмитрий Бобышев, Анатолий Найман и Евгений Рейн. Ахматова высоко ценила их творчество. Она была для них, по признаниям Бродского и Наймана, не только литературным, но и нравственным, духовным авторитетом
Выражение взято из стихотворения Дмитрия Бобышева «Все четверо», посвящённого памяти Анны Андреевны:
И, на кладбищенском кресте гвоздима
душа прозрела: в череду утрат
заходят Ося, Толя, Женя, Дима
ахматовскими си́ротами в ряд.
Согласно книге Соломона Волкова, Иосиф Бродский проводил параллель между их четвёркой и четвёркой золотого века русской поэзии: «Каждый из нас повторял какую-то роль. Рейн был Пушкиным. Дельвигом, я думаю, скорее всего был Бобышев. Найман, с его едким остроумием, был Вяземским. Я, со своей меланхолией, видимо, играл роль Баратынского. Эту параллель не надо особенно затягивать».,
Иосиф Бродский
* * *
Ни страны, ни погоста
не хочу выбирать.
На Васильевский остров
я приду умирать.
Твой фасад темно-синий
я впотьмах не найду.
между выцветших линий
на асфальт упаду.
И душа, неустанно
поспешая во тьму,
промелькнет над мостами
в петроградском дыму,
и апрельская морось,
над затылком снежок,
и услышу я голос:
- До свиданья, дружок.
И увижу две жизни
далеко за рекой,
к равнодушной отчизне
прижимаясь щекой.
- словно девочки-сестры
из непрожитых лет,
выбегая на остров,
машут мальчику вслед
*** Стихотворение Иосифа Бродского «Стансы» («Ни страны, ни погоста...») было написано в 1962 году. В это время 22-летний поэт жил в Ленинграде, а стихотворение стало одним из знаковых произведений раннего творчества, посвященных любви к родине и Васильевскому острову.
БРОДСКИЙ, Иосиф Александрович
Ио́сиф Алекса́ндрович Бро́дский (24 мая 1940 года, Ленинград, СССР — 28 января 1996 года, Нью-Йорк, США) — русский и американский поэт, эссеист, драматург, переводчик, лауреат Нобелевской премии по литературе 1987 года, поэт-лауреат США в 1991—1992 годах.
«Меня упрекали во всём, окромя погоды…»
Английские писатели XXI века
Литературная традиция Великобритании имеет глубокие корни и огромное количество поклонников по всему миру. Английские писатели XXI века и их произведения до сих стоят особняком по отношению к другим англоязычным авторам и текстам. Тонкий юмор, увлеченность историей и социальной проблематикой заметно отличают художественные тексты с туманного Альбиона от литературы других стран.
«Волчий зал», Хилари Мантел
За свою трилогию о Томасе Кромвеле писательница Хилари Мантел удостоилась двух Букеровских премий. Романы «Волчий зал», «Введите обвиняемых» и «Зеркало и свет» навсегда изменили представление об исторической прозе. Скупое количество фактов о жизни Кромвеля Мантел разбавила вполне правдоподобной выдумкой, а плоских персонажей со страниц учебников превратила в сложные и противоречивые образы.
«Осень», Али Смит
Серию книг «Сезонный квартет» англичанка Али Смит начала в 2016 году с романа «Осень», в котором отразила актуальные перемены в современном мире на фоне циклических изменений природы. Разделивший британское общество Брекзит, социальные неурядицы и захватывающая страну бюрократия кажутся героям книги предвестниками конца света, но Смит убедительно показывает, что в масштабе вечности важно совсем другое.
«Не отпускай меня», Кадзуо Исигуро
Пожалуй, самый британский из всех современных авторов — рожденный в Японии Кадзуо Исигуро. Одним из главных мотивов его произведений уже много лет является вопрос: что делает человека человеком? Именно на него он попытался ответить в своей меланхолической антиутопии о клонировании и донорстве органов, а на самом деле о любви и доброте «Не отпускай меня». Получилось одновременно и сдержано, и очень пронзительно.
«Ночная стража», Терри Пратчетт
Цикл Терри Пратчетта «Плоский мир» многие читатели и критики называют вершиной мирового фэнтези. Это одновременно и пародия на популярные произведения жанра, и сатира на реальный мир XXI века. «Ночная стража» — двадцать девятая книга серии, смешная, жестокая и, возможно, лучшая во всем творчестве Пратчетта.
«Молоко матери» Эдвард Сент-Обин
Серия книг Эдварда Сент-Обина о Патрике Мелроузе вобрала в себя все лучшее и сложное, что есть в английской литературе. «Молоко матери» — третий роман цикла, в котором обзаведшийся женой и детьми бывший наркоман с поломанной в детстве психикой приезжает проведать тяжело больную мать. У героя вновь случается срыв, а Сент-Обин в очередной раз демонстрирует свое умение балансировать на тонкой грани между смешным и страшным.
Что еще почитать? «Облачный атлас» Дэвида Митчелла, «Безмолвие девушек» Пэт Баркер, «Белые зубы» Зэди Смит, «Транзит» Рейчел Каск, «Искупление» Иэна Макьюэна.
Шекспир
Сонет 5
Украдкой время с тонким мастерством
Волшебный праздник создает для глаз.
И то же время в беге круговом
Уносит все, что радовало нас.
Часов и дней безудержный поток
Уводит лето в сумрак зимних дней,
Где нет листвы, застыл в деревьях сок,
Земля мертва и белый плащ на ней.
И только аромат цветущих роз -
Летучий пленник, запертый в стекле, -
Напоминает в стужу и мороз
О том, что лето было на земле.
Свой прежний блеск утратили цветы,
Но сохранили душу красоты.
Перевод С.Я.Маршака
Самуи́л Я́ковлевич Марша́к
(22 октября (3 ноября) 1887, Воронеж — 4 июля 1964, Москва) —
русский советский поэт, драматург и переводчик, литературный критик, сценарист.
Автор популярных детских книг.
Практически во всё время своей литературной деятельности (более 50 лет) Маршак продолжает писать и стихотворные фельетоны, и серьёзную, «взрослую» лирику. В 1962 году у него вышел сборник «Избранная лирика». Ему принадлежит также отдельно избранный цикл «Лирические эпиграммы». Кроме того, Маршак — автор ставших классическими переводов сонетов Уильяма Шекспира, песен и баллад Роберта Бёрнса, стихов Уильяма Блейка, У. Вордсворта, Дж. Китса, Р. Киплинга, Э. Лира, А. А. Милна, Дж. Остин, Ованеса Туманяна, а также произведений украинских, белорусских, литовских, армянских и других поэтов. Переводил также стихи Мао Цзэдуна. Книги Маршака переведены на многие языки мира. За переводы из Роберта Бёрнса в 1960 году С. Я. Маршак был удостоен звания почётного президента Всемирной федерации Роберта Бёрнса в Шотландии.
Ни один поэт не интерпретирует природу так свободно, как правовед интерпретирует право.
- Ипполит-Жан Жироду /Hippolyte Jean Giraudoux.
Hippolyte Jean Giraudoux.
Французский новеллист, эссеист, драматург, дипломат.
(29 октября 1882 - 31 января 1944).
Жироду родился 29 октября 1882 года в Верхней Вьенне в семье инженера, детство и юность провел в провинции Лимузен. Учился в Германии (где познакомился в Мюнхене с Франком Ведекиндом) и в США. Был на дипломатической службе, в том числе в Москве. Участник Первой мировой войны. Кавалер ордена Почётного легиона. В 1928 году познакомился и подружился с Луи Жуве, который поставил многие его пьесы. Умер Жироду 31 января 1944 года в Париже.
Прозу Жироду активно переводили на русский во второй половине 1920-х годов, о нем много писали в прессе, в том числе А. Луначарский. Уже в новейшее время имела успех его драма Безумная из Шайо (балет Р. Щедрина с М. Плисецкой, 1992; постановка П. Фоменко, 2002, и др.).
Афоризмы Марка Твена
Говори правду и тогда не придется ничего запоминать.
- Марк Твен
Марк Твен (Mark Twain),
настоящее имя Сэмюэл Лэнгхорн Клеменс (Samuel Langhorne Clemens).
Американский писатель, журналист и общественный деятель.
Родился 30 ноября 1835 года в посёлке Флорида, Миссури, США -
умер 21 апреля 1910 года в Реддинге, Коннектикут, США.
Дайте власть кому угодно - и эта власть будет угнетать".
- Марк Твен
Его творчество охватывает множество жанров — юмор, сатиру, философскую фантастику, публицистику и другие, и во всех этих жанрах он неизменно занимает позицию гуманиста и демократа.
Уильям Фолкнер писал, что Марк Твен был «первым по-настоящему американским писателем, и все мы с тех пор — его наследники», а Эрнест Хемингуэй считал, что вся современная американская литература вышла из одной книги Марка Твена, которая называется «Приключения Гекльберри Финна» (англ. All modern American literature comes from one book by Mark Twain called "Huckleberry Finn")
Клеменс утверждал, что псевдоним Марк Твен был взят им в юности из терминов речной навигации. Тогда он был помощником лоцмана на Миссисипи, а выкрик «марк твен» (англ. mark twain, досл.: «метка двойка») означал, что согласно отметке на лотлине достигнута минимальная глубина, пригодная для прохождения речных судов — 2 морские сажени (≈ 3,7 м).
Однако существует версия о литературном происхождении этого псевдонима: в 1861 году в журнале Vanity Fair вышел юмористический рассказ Артемуса Уорда (Artemus Ward) (настоящее имя Чарльз Браун[англ.]) «Северная звезда» о трёх моряках, одного из которых звали Марк Твен. Сэмюэл очень любил юмористический отдел этого журнала и читал в своих первых выступлениях именно произведения Уорда.
Кроме псевдонима Марк Твен, Клеменс один раз в 1896 году подписался как сир Луи де Конт (фр. Sieur Louis de Conte) — под этим псевдонимом он издал свой роман «Личные воспоминания о Жанне д’Арк сира Луи де Конта, её пажа и секретаря».
Творческая карьера
Одной из вдохновляющих Марка Твена вещей был стиль заметок Джона Росса Броуна[13].
Самым большим вкладом Твена в американскую и мировую литературу считается роман «Приключения Гекльберри Финна». Также очень популярны «Приключения Тома Сойера», «Принц и нищий», «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура» и сборник автобиографических рассказов «Жизнь на Миссисипи». Марк Твен начинал свою карьеру с непритязательных юмористических куплетов, а заканчивал полными тонкой иронии очерками человеческих нравов, остро-сатирическими памфлетами на социально-политическую тематику и философски-глубокими и, при этом, весьма пессимистическими размышлениями о судьбе цивилизации.
Многие публичные выступления и лекции были утрачены или не были записаны, отдельные произведения и письма были запрещены к печати самим автором при его жизни и на десятилетия после смерти.
Твен был прекрасным оратором. Получив признание и известность, Марк Твен много времени уделял поиску молодых литературных талантов и помогал им пробиться, используя своё влияние и приобретённую им издательскую компанию.
Твен увлекался наукой и был дружен с Николой Теслой. Они много времени проводили вместе в лаборатории Теслы. В своё произведение «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура» Твен ввёл путешествие во времени, в результате которого многие современные технологии оказались представлены в Англии времён короля Артура. Технические подробности, приводимые в романе, свидетельствуют о хорошем знакомстве Твена с достижениями современной ему науки.
В 1882 году — более чем за десять лет до того, как методы дактилоскопии стали известны в Соединённых Штатах — Твен описал поиск преступника по отпечатку пальца в романе «Жизнь на Миссисипи»
Двумя другими наиболее известными увлечениями Марка Твена были игра на бильярде и курение. Посетители дома Твена иногда говорили, что в кабинете писателя стоял такой густой табачный дым, что самого хозяина почти нельзя было разглядеть.
В 2000-е годы в США вновь были предприняты попытки запретить роман «Приключения Гекльберри Финна» из-за натуралистичных описаний и словесных выражений, оскорбительных для негров. Хотя Твен был противником расизма и империализма и в своём неприятии расизма зашёл гораздо дальше своих современников, многие слова, бывшие во всеобщем употреблении во времена Марка Твена и использованные им в романе, сейчас действительно звучат как расовые оскорбления. В феврале 2011 года в США вышло первое издание книг Марка Твена «Приключения Гекльберри Финна» и «Приключения Тома Сойера», в котором подобные слова и выражения заменены на политкорректные (например, слово «nigger» (негр) заменено по тексту на «slave» (раб)
Сэмюэль Клеменс, известный всему миру как Марк Твен, умер 21 апреля 1910 года, на 75-м году жизни, от грудной жабы (стенокардии). За год до смерти он сказал: «Я пришёл в 1835 году с Кометой Галлея, через год она снова прилетает, и я рассчитываю уйти вместе с ней». Так оно и случилось.
Писатель был похоронен на кладбище Вудлон[англ.] в Элмайре (штат Нью-Йорк).
ШОТЛАНДИЯ
Шотландцы любят национальный фольклор. Древние сказания и легенды стали кладезью для творчества многих писателей. 
Одним из первых собирателей шотландского эпоса стал
Вальтер Скотт (1771-1832).
Вальтер Скотт по образованию тоже был юристом. Первый его роман «Уэверли» (1814) тоже появился анонимно. Писатель создал двадцать восемь романов, девять поэм, множество повестей, литературно-критических статей, исторических трудов.
Сэр Вальтер Скотт заслуженно считается основоположником жанра исторического романа.
Современный термин «фриленсер» на самом деле впервые был употреблён именно Вальтером Скоттом в романе «Айвенго» для описания средневекового наёмного воина.
Первый в мире роман в стихах («Мармион») написал в 1808 году тоже Вальтер Скотт.
Вальтер Скотт перестроил своё имение, сделав из него небольшой средневековый замок, чем сформировал моду и подал пример многим. Хотя настоящие замки времён средневековья не были столь красивыми и изящными.
В своих романах Вальтер Скотт показывал, что движущей силой истории выступает народ. Он возродил историческую память этого народа и открыл Шотландию для остального мира.
Поэтому самые лучшие памятники в Шотландии посвящены Вальтеру Скотту. 
Фотография: Памятник Вальтеру Скотту в Эдинбурге
ШОТЛАНДИЯ
Шотландцы любят национальный фольклор. Древние сказания и легенды стали кладезью для творчества многих писателей.
Одним из первых собирателей шотландского эпоса стал
Вальтер Скотт (1771-1832).
Вальтер Скотт по образованию тоже был юристом. Первый его роман «Уэверли» (1814) тоже появился анонимно. Писатель создал двадцать восемь романов, девять поэм, множество повестей, литературно-критических статей, исторических трудов.
Сэр Вальтер Скотт заслуженно считается основоположником жанра исторического романа.
Современный термин «фриленсер» на самом деле впервые был употреблён именно Вальтером Скоттом в романе «Айвенго» для описания средневекового наёмного воина.
Первый в мире роман в стихах («Мармион») написал в 1808 году тоже Вальтер Скотт.
Вальтер Скотт перестроил своё имение, сделав из него небольшой средневековый замок, чем сформировал моду и подал пример многим. Хотя настоящие замки времён средневековья не были столь красивыми и изящными.
В своих романах Вальтер Скотт показывал, что движущей силой истории выступает народ. Он возродил историческую память этого народа и открыл Шотландию для остального мира.
Поэтому самые лучшие памятники в Шотландии посвящены Вальтеру Скотту.
Фотография: Памятник Вальтеру Скотту в Эдинбурге
Вы здесь » "КИНОДИВА" Кино, сериалы и мультфильмы. Всё обо всём! » Художники и Писатели » Достойные внимания писатели и поэты из разных стран мира
