Педагогическая деятельность
Римский-Корсаков был создателем композиторской школы, среди его учеников около двухсот композиторов, дирижеров, музыковедов, в том числе: Федор Акименко, Николай Амани, Антон Аренский, Николай Арцыбушев, Мелитон Баланчивадзе, Семен Бармотин, Феликс Блуменфельд, Юлия Вейсберг, Язепс Витол, Константин Галкаускас, Александр Глазунов, Михаил Гнесин, Александр Гречанинов, Макар Екмалян, Василий Золотарев, Михаил Ипполитов-Иванов, Андрей Казбирюк, Артур Капп, Михаил Кузмин, Николай Лысенко, Анатолий Лядов, Витольд Малишевский, Николай Малько, Эмиль Мелнгайлис, Эмиль Млынарский, Николай Мясковский, Александр Оссовский, Сергей Прокофьев, Отторино Респиги, Владимир Сенилов, Николай Соколов, Александр Спендиаров, Яков Степовой, Игорь Стравинский, Александр Танеев, Рудольф Тобиас, Николай Черепнин, Михаил Чернов, Максимилиан Штейнберг, Андрей Юрьян. Многие из его учеников стали крупными деятелями национальных музыкальных школ - Армении (М. Г. Екмалян, А. А. Спендиаров), Грузии (М. А. Баланчивадзе), Латвии (А. А. Юрьян, Я. Витол, Э. Мелнгайлис), Литвы (К. М. Галкаускас), Украины (Н. В. Лысенко, Я. С. Степовой, Ф. С. Акименко), Эстонии (Р. И. Тобиас, А. Й. Капп).
Педагогической и просветительской работой Римского-Корсакова восхищался П.И. Чайковский, который в своем письме к нему писал: «Но Вы не захотели удовольствоваться одною лишь композиторскою деятельностью. Вы сделались музыкальным педагогом, и целая фаланга молодых русских музыкантов, возрастая под Вашим руководством, передает, конечно, будущим поколениям результаты Вашего творчества».
И.Ф. Стравинский так отзывался о педагогической деятельности своего учителя: «В моем музыкальном образовании есть одно большое преимущество - я занимался с Римским-Корсаковым. Он был совершенно замечательным педагогом, чрезвычайно внимательным и обстоятельным, мудрым и остроумным. Делая замечание, он облекал его в такую форму, что забыть его было почти невозможно. Одну деталь ученики Римского-Корсакова запомнят навсегда - он никогда не хвалил. Ученик, который ожидал одобрительного похлопывания по плечу, разочаровался бы в Римском-Корсакове. Напротив, он мог быть безжалостно суровым в своей критике».